Псы кармы

Едва эти четверо двинулись к Торму, он выпростал из своего кокона воронки-смерчи и обвил ими коконы нападавших. Линии судьбы скользнули к нему вдоль серых протуберанцев, покрывая тело проклятого сияющими голубыми латами. Воронки поменьше жадно впились в окружавших поле биты зрителей. На Торма обрушился поток эмоций и образов, он стоял, почти оглушенный, с закрытыми глазами. Но ему не было нужды смотреть на приближающихся людей. Он чувствовал из мысли, желания, их слабости и страхи. В эти пару секунд, прежде чем начался сам бой, они сплавлялись в глубине его существа, вызывая жалось и желание все время быть вместе с ними - несчастными глупцами, рискнувшими посягнуть на Сверхсущество.

Сил было так много, что даже ему, наставнику с солидным стажем, побывавшему в огромном количестве переделок, пришлось совершить над собой усилие. Вырваться из упоительных потоков энергии, прекратить питаться, не прерывая контакта, но и не втягивая в себя больше ни капли чужой жизни.

Торм уклонился от первой бейсбольной биты, почти упав на землю. Толкнул отсюда, из скользкой коричневой жижи в голень "гусар-девицу". Тупой, отдающий в зубах звук под его ступней - это сломалась кость. Оружие девушки - обрезок трубы, опустился в десятке сантиметров от Торма, выбил из лужи фонтан жирной грязи. Она хотела вскрикнуть, но только захватила раскрытым ртом сырой воздух и рухнула на бок с белыми, остановившимися глазами.

Торм ударил кулаком направо - рука будто удлинилась, тело работало как стальная машина, идеально смазанная и заправленная самым высококачественным топливом.

Подошедший слишком близко парень в плаще - Роман - сложился пополам, хватаясь за пах.

Двое остальных байкеров - нахальноглазый с битой и тот, что был вооружен цепью, на мгновение отступили, и, не сговариваясь, снова бросились на него, лежащего. Торм видел, что не успевает убраться в сторону, не успевает остановить их движение. Тогда он нанес иной удар.

Щупальца, державшие на расстоянии остальных байкеров, оторвались от них и оплели нападавших. Он с силой рванул своих врагов вперед: не срывал коконы, сейчас, в пылу битвы, это не имело значения, а воздействовал на сами тела. Девушки на мотоциклах испуганно вскрикнули: мужчин, опускавших на жертву оружие, вдруг рванула друг к другу неведомая сила. Будто тряпичные куклы, они ударились лицами, грудью, животами, их просто смяло, расплющило.