Псы кармы

Я раздумывал. Сказать ему, что не поеду, что нам незачем встречаться, потому что мне нечего добавить - это не выход. Схватят и привезут силой. Впрочем, если он прислал обычных громил, а не одного из своих собратьев трансов, шансы сбежать были. Я чувствовал, что теперь могу куда больше, чем раньше.

- Хорошо, - ответил я, - жди.

Серое "БМВ" стояло прямо у калитки. Двое парней бойцовского вида заглядывали через мой невысокий забор. Еще один вышел с заднего двора, как только хлопнула закрываемая мною входная дверь.

- Привет, ребята.

- Собрался куда-то? - поинтересовался один из них, белобрысый парень с нервными движениями.

- Уезжаю.

- Надеюсь, после встречи с Хозяином?

- Мне он не хозяин.

Тот, что вышел с заднего двора, подошел ко мне почти вплотную. От него веяло богатырским духом - парень недавно закусывал селедкой с луком.

- Садись давай! - Грубо приказал он, будто толкнул кулаком.

- Авессалом, веди себя прилично, - урезонил грубияна нервный, - хозяин просил, чтобы с гостем обращались подобающе.

Я, наконец, решился.

В слое кармической защиты двое из моих конвоиров, а также оставшийся за рулем выглядели как обычные люди. Разноцветье аур здоровых самцов, которых не гложет ни один серьезный недуг. Ну, кроме похоти, пожалуй. Отличался лишь нервный - его карма была будто свитер, побитый молью - вся в небольших рытвинах, провалах, в которые засасывало ток силы. Этот человек, должно быть, страдал какой-то серьезной болезнью.

Я уже почти выпростал из своего вихря два щупальца - тугие, будто прорезиненные шланги, с черными зубами-молниями на концах.

Коснулся коконов ближайших парней и по тем пошли волны, словно упал в разноцветную воду какой-то тяжелый предмет. Всплеск, брызги энергии-воды взметнулись над ровной гладью, прилипли к моим призрачным рукам и побежали по ним - все быстрее и быстрее, влекомые центростремительной мощью вихря-вампира. Я попробовал свои силы и понял, что их достаточно для того, что задумал.

- У меня к вам просьба, - обратился я к своей "свите", - поезжайте к Ираклию и скажите, что я не верну ему его вещь.

Ни у меня, ни у моих друзей ее не оказалось.

- Ты что? Охренел совсем, парень?! - это заговорил прежде молчавший парень с волосами апельсинового цвета. У него была наружность то ли бандита, то ли крестьянского раздолбая, знавшего лишь работу до упаду и такого же свойства беспробудную пьянку. Лицо у этой жертвы коллективизации вытянулось от удивления. Он обернулся к худому и нервному:

- Ярик, дадим ему по хайлу и делу конец.