Перевернутая луна

Суровый винтокрыл нового поколения, подрубленный к городской нейросети. Интересно, какой придурок обозвал эти штуки катерами? Ничего ведь общего.

Днище винтокрыла разрезали три светящихся полоски. На запорошенную белой наметью крышу мягко опустился язык пандуса. Механическое чудовище открыло доступ в свою утробу.

Наоки пулей влетела внутрь.

Пандус встал на прежнее место, сросся с корпусом в единое целое. Когда сумасшедший хабаровский февраль остался позади, Наоки вздохнула с облегчением. Кабина была теплой, хорошо натопленной.

Парни тут уже полчаса, не меньше, догадалась Наоки.

Как парни...

Еще была Катя, но ее подберут позже, у станции «Накасима».

Протянув руку, девушка коснулась регистрационного сенсора. Отпечаток пальца ушел в базу, загорелся зеленый огонек.

— Опаздываешь, — буркнул Сергей.

К счастью, забрало наглазников скрывало большую часть лица девушки. Поэтому никто не заметил ее смущение.

Винтокрыл рванулся вперед, и она ухватилась за поручень, чтобы не упасть. Модернизированный «Ротодайн» мог развивать скорость до четырехсот тридцати километров в час, но это — за пределами городской черты.

Не в сверкающих неоном ущельях, продуваемых всеми тихоокеанскими ветрами.

Бойцы спецподразделения «Альфа» расположились в креслах, привинченных к бортам катера. Пять человек в сборе, два кресла пустуют. Все места пронумерованы, оружейные ячейки снабжены биометрическими считывателями.

Наоки усаживается в свое кресло, пристегивается и чувствует, как эластичный ремень вбирает лишние сантиметры.

Квадратная пряжка прижимается к телу. Так, теперь надо повернуться влево, приложить большой палец к считывателю и дождаться момента, когда столбик индикатора доползет до верхней точки.

Мелодичный сигнал.

Щелчок.

В камере хранения — ее табельное оружие.

Черный как ночь «Акела» — боевой нож для городских условий. С узким, кинжальной формы клинком и двухсторонней заточкой. Простенькая гарда, резиновая рукоять, антибликовое покрытие. Раньше спецподразделения Хабаровской префектуры были оснащены короткими и широкими ножами, разработанными для режущих ударов.

Оптимально, если твой враг — террорист в бронежилете. Оборотни заставили бойцов вспомнить тычковые боевые техники. Клинки вновь сузились и удлинились. Серебряное напыление уступило место тайнописи сибирских шаманов. Кривые загогулины, выгравированные на лезвии, обеспечивали проникающую способность после заката.

«Акелу» — в чехол на голени.