Перевернутая луна

Между катером и подъездом — около двадцати шагов. Наоки вновь активирует экзоскелет, и вьюга размазывается кашей по наглазникам.

Слева — тень.

Бьет очередь, зверя разрывает пополам. Пиксель, только у тебя такой калибр, с благодарностью думает Наоки, вбегая по наклонному пандусу в спасительное нутро «Ротодайна».

Вдогонку — следующая мысль.

Нас вытеснили.

Никакого удержания позиций. Никакой зачистки. Это гребаное, мать его, бегство. Организованное отступление, как сказало бы высокое и мудрое начальство.

Когда винтокрыл набирал высоту, она увидела полчища серых теней.

Переверты мчались по пустырю.

Сегодня они победили.

Тейн

Наоки проснулась ближе к полудню.

Метель закончилась. Небо все еще было серым, сквозь жалюзи просачивался мертвенный свет города.

Хотелось есть.

И кофе.

После рейда она так и не успела перекусить. Усталость взяла своё. Вернувшись домой, Наоки первым делом избавилась от бронекостюма, сходила в туалет и завалилась в постель. Уже из-под одеяла отдала приказ повысить температуру.

Климатическая система ожила, наращивая столбик.

— Вам звонили, — бесстрастно сообщил компьютер.

— Позже, — буркнула Наоки, проваливаясь в уютное ничто.

Сон без сновидений.

Никаких будильников.

В полдень она проснулась сама. Зевнула, сладко потянулась, поправила сползшее одеяло. Почему-то вспомнилось детство — время, когда одеяла поправлялись нежными материнскими руками. Наоки очень рано потеряла родителей — их заменил старший брат. Когда девочка подросла, то узнала правду.

Папа с мамой работали в какой-то секретной лаборатории, там случилась утечка... чего-то, что нельзя называть. Брата и сестру определили в коммерческую семью. Это вроде частного детского сада, только количество малышей не должно превышать пяти. Там они и выросли. Когда Мичи достиг совершеннолетия, то смог получить доступ к отцовским счетам, перевести на свое имя правительственную компенсацию и другие накопления, оформить опеку над сестрой. После этого они жили вдвоем. Самые счастливые деньки для Наоки, лучше не придумаешь.

Брат был кем-то вроде шамана. Умел колдовать, а однажды расправился с пардусом, который вломился в таунхаус через мансардный этаж. Наоки понимала, что аренда таунхауса в Японии — дорогое удовольствие. Откуда братишка доставал деньги — загадка. Мичи порой исчезал из ее жизни на несколько дней или недель, затем появлялся. Усталый, весь какой-то измотанный. Отсыпался, много гулял. И жизнь возвращалась в привычное русло.