...всяк сюда входящий

Под низким потолком были развешены гирлянды, заливавшие всё вокруг зелёным светом. Я окинул взглядом разбитый буфет, уцелевшая дверца которого болталась на одной петле, увешенные картинами стены, старые пыльные ковры на земляном полу. В углах бесформенными грудами лежали какие-то вещи. У дальней стены, на перекошенном помосте, был установлен унитаз, на котором угадывалась чья-то невысокая фигура.

Сначала я подумал, что это – ребёнок, но, когда глаза мои привыкли к полумраку, я осознал ошибку. Это был карлик. Голову его венчал каркас медной сахарницы.

«Знакомься, это – Лео. Можешь пообщаться с ним, пока я собираюсь. Сам он первым не заговорит».

С этими словами Вирджил отошёл в сторону и принялся рыться в одной из мусорных куч. Лео с гордым видом наблюдал за мной, сидя на унитазе. Осторожно приблизившись, я понял, что тот был неровно покрыт золотой краской.

«Привет», - осторожно произнёс я.

Карлик нахмурился и промолчал. Я отошёл в сторону, к Вирджилу, и шёпотом поинтересовался:

«Он вообще нормальный?».

Вирджил ответил, не поворачивая головы и не отвлекаясь от своего занятия.

«Ненормальный человек в ненормальном месте – это, как раз, самое нормальное, что только может быть. Чисто технически, не соответствуешь местной норме как раз ты».

Я не мог не признать, что доля правды в его словах есть.

«И как мне с ним разговаривать, если он не отвечает?».

«Вероятно, ты недостаточно почтителен. Попробуй начать со слов «Ваша светлость». Уверен, дело сразу пойдёт на лад».

Я не разделял уверенность Вирджила в том, что нужный мне собеседник – карлик с манией величия.

Наконец, мой проводник закончил свои поиски и, прихватив вещевой мешок, направился к выходу. Я последовал за ним. Когда крышка люка тяжело встала на место, Вирджил повернулся ко мне.

«Ты совершенно зря не послушал моего совета».

«Почему же?»

«Лео – очень интересный собеседник».

В ответ я усмехнулся.

«Почему-то сомневаюсь».

Вирджил ткнул пальцем мне в грудь, повернулся, и зашагал по коридору.

«Видишь ли, Лео – прекрасная возможность взглянуть на себя со стороны. Он одержим властью. Этот человек твёрдо уверен в том, что всё и все здесь принадлежат ему. Хотя, по сути, у него есть лишь подвал, и если бы его не подкармливали, он давно бы умер. Никого не напоминает?»

«Нет», – буркнул я, не испытывая особого желания втягиваться в бессмысленный разговор.

«Странно.