Сердце истины

Появилось странное ощущение лёгкости во всём теле. Никакой боли, ничего. А в животе появилась пустота. К концу мыться желудок вопил во всё горло: «Да-а-ай! ДА-А-АЙ!»

– Мам, что у нас на завтрак?

– А что ты хочешь? Я же ничего не готовила.

– Чай согреешь? А ещё я вчера не ужинал. Что было?

– Котлетки и макароны.

– Давай!

– Они холодные.

– Мама, я хочу ЕСТЬ!

Ледяные котлеты и рожки были приговорены за несколько минут.

– А ещё есть?

Вторая порция пропала так же быстро. Ко второй добавке согрелся чай.

Давид насыпал несколько ложек сахара. Захотелось очень сладкого, до приторности. Хотя к старгим классам Давид пил чай без сахара – не было желания.

Третью порцию подросток ел медленно, наслаждаясь контрастом сладкого чая и солёной котлеты. Хотелось ещё, но уже не хватало места. Отдуваясь, Давид вылез из-за стола.

– Спасибо, мам.

– На здоровье.

– Я пойду посплю.

– Хорошо. А я пока в школу позвоню, что ты на больничном. И в больницу – надо вызвать врача.

– Может, не надо врача?

– Как де не надо? Ты всю ночь с температурой провалялся!

– А сейчас ее надо.

Хорошо я себя чувствую. Я даже в школу могу пойти!

– Хорошо, хорошо! Если до вечера хуже не станет, то никаких врачей. Но в школу я звоню. Вот есть справка скорой. Отдохнёшь один день.

Через полчаса мама заглянула в комнату. Давид полулежал на диване и пролистывал какую-то книгу.

– Додик... Додик!

– Что? – Подорвался тот.

– Мне на работу пора. Ты остаёшься с бабушкой. На обед суп стоит в холодильнике. И котлеты с рожками.

В школу я ещё не звонила – слишком рано. Позвоню с работы.

– Хорошо, мам. До вечера.

После её ухода парень вернулся к занятию. Он меланхолично пролистывал англо-русский словарь, не замечая, что именно читает. Давид перевернул обложку, в недоумении потёр затылок и отбросил книгу. Делать решительно нечего. Слишком рано для всего. В школу он точно не пойдёт – зачем нарываться на уроки, если есть официальный повод прогулять? Но и дома делать нечего. Не уроки же учить? Или всё же?.

. Давид полистал предметы, которые сегодня в расписании: русский, литература, математика. Он попробовал читать новые параграфы, мало что понял и отложил учебники.

Зазвонил будильник. В это время встаёт он сам. А Васька, одноклассник, пока спит. Про Ваську он точно знал, что тот встаёт в последний момент. Давид перевёл будильник на сорок минут вперёд и повернулся к книжной полке: что бы ещё полистать? Тяги к печатному слову сегодня не обнаружилось.