Сердце истины

В круг света ничего не попадалось, только такая же бетонная стена. Мальчик приблизил голову, пытаясь заглянуть вбок. Внезапно прямо перед его глазами появилось бледное лицо. От жутких загнивших ран в нос шибануло омерзительной сладостью. С булькаюшим хрипом зомби вцепился в решётку на двери. Подросток кузнечиком прыгнул назад, врезавшись спиной в противоположную дверь. Немедленно к нему потянулась костлявая рука обитателя камеры. Полузгнившая плоть стекала на голову мальчика.

Внезапно всё сменилось тьмой. Часто дыша, Давид лежал и смотрел в потолок.

Только через минуту он понял, что это был сон. Откинул хлюпнувшее одеяло, встал, дрожа всем телом. Быстро переодел мокрую майку и трусы. Заодно накинул тренировочный костюм. Трикотаж немного согрел, но спать не хотелось. На часах 6 утра. Наверно, уже не стоит ложиться. Скоро всё равно будильник зазвонит. Давид откинул одеяло, чтобы просохло, и зашлёпал на кухню.

Горячий сладкий чай успокоил нервы, а заодно разбудил аппетит. В холодильнике нашлись вчерашние латкесы, сыр и варёная колбаса.

Быстренько соорудив пару сэндвичей из хлеба, сыра, колбасы и картофельных котлет, промазав слои майонезом и кетчупом, мальчишка быстро сжевал завтрак. Сытная еда и умиротворение после нервотрёпки сделали своё чёрное дело – Давида снова потянуло в сон. Пришлось пощипать себя за мочки, чтобы очнуться.

Сполоснул кружку и поставил обратно в сушилку. Надо бы умыться и кое-чем другим заняться.

Взбодрённый водными процедурами, вернулся к себе. В комнате пахло кислым запахом страха.

Пришлось открыть окно. Одеяло и простынь почти просохли, только ещё немного потрясти, и можно заправлять постель. Быстро собрался и вышел из дома. Пусть ещё нет семи, но сидеть у себя не было сил. Казалось, стоит присесть – и уснёшь.

Школьный день прошёл незаметно. Давид сидел в полусонном состоянии – его никто не спрашивал, потому что пока ещё повторяли прошлогодние темы. А их мальчик знал. И учителя знали, что он знает. И он знал, что они знают, что он знает.

..

На занятиях в кружке он так же тихо сидел и лепил по образцу. Для примера повесили фотографию каменного цветка из малахита. Так, как его представил какой-то скульптор – в виде симметричной чаши с загнутыми стенками-лепестками. Подошла преподаватель Марина Андреевна, обеспокоенная его мутным взглядом и вялыми движениями, и потрогала лоб.

– Давид, ты же заболел! Немедленно домой, ты меня понял?

– Хорошо...

Всё в таком же вялом состоянии он добрёл до остановки.