Семена хаоса

– Как у тебя это получается? – восхищённо спросил Симон.

– Да это так, баловство одно, – махнул рукой польщённый вниманием старик. – Ты чай-то пей!

Мальчишка откусил пряник и поднёс чашку к губам.

– А всё-таки, как это получается?

– Да всё просто, нужно как бы слиться с тенью. Ты ведь тоже её отбрасываешь, так что и в тебе есть её часть, если так сказать можно. Нужно как бы слить их воедино, а потом отпустить. Вот на стене остаётся часть твоей тени, а в тебе – часть той, со стены. Так что ты можешь лепить из неё, что хочешь.

Один шибко умный маг из наших мне что-то долго объяснял, что так быть не может, потому как фонтоны, и что-то там ещё. Но я академиев не кончал, так что не знаю, почему так нельзя.

– А можешь меня научить? – не отставал Симон.

Старик покачал головой.

– Ты ж совсем не знаешь ничего. Начинать не с этого надо, а с азов.

– А ты с азов научи!

– Экий шустрый! Погодь пока, не от меня это зависит.

В единственной комнате воцарилась тишина. День понемногу клонился к вечеру, и звуки снаружи затихали.

В багряном свете заката жилище старого мага приобрело немного мистический вид – последние лучи солнца скользили по корешкам старых книг в рассохшемся от времени книжном шкафу, по связкам растений под потолком. Здесь почти не было мебели – лишь книжный шкаф, стол, пара стульев, да лежанка в углу. На полу – лишь старый, выцветший от времени ковёр.

Ходики в виде филина на стене проухали десять раз.

– А ещё что-нибудь ты можешь показать? – снова попросил Симон, но старик, казалось, прислушивается к чему-то.

Скоро парень и сам это почувствовал – что-то чуждое, недружелюбно настроенное не только к человеку, но и к самой жизни, приближалось к дому.

– Что это? – тихо спросил Симон.

– Не знаю, – растерянно ответил дед Матвей.

Повинуясь стремительным движениям его рук, сразу несколько теневых псов отделились от стены и замерли, ожидая приказов. Свет, до этого ещё проникавший сквозь окно, померк окончательно. Старый маг быстро откинул ковёр, под которым оказалась крышка люка.

– Спускайся, – быстро зашептал он. – За меня не боись, и, что бы ни случилось, не вылезай. Я за себя постоять сумею. Вот, возьми.

Старик протянул Симону снятую со стены лампу и закрыл за ним люк. Его верные теневые слуги и одна собака из плоти и крови замерли вокруг хозяина, приготовившись к тяжёлой схватке.

Симон, сидевший в подполе на ступенях, что было сил напрягал слух, но пока наверху было тихо.