Рождение привратницы

Из десяти – только я, понимаешь? Меня отец на руках до выхода дотащил, а сам… там… Зачем он меня вообще в свой отряд брал? Идиот! Ему все говорили, что нельзя меня в патруль. Что не женское это дело. А он сказал, что я сама в состоянии решить, чем хочу заниматься. Ну я и решила… чтобы как он… и как мама.

Маму он в своё время не смог спасти, потому что они в разных отрядах были. Поэтому меня к себе и взял. А все отговаривали. Ну что ему стоило надавать мне подзатыльников и никуда не пускать, а? Я ведь только мешалась.

Не будь меня – все были бы живы. Или не все – но хоть он… Если бы он один выбирался, то получилось бы быстрее… и его успели бы спасти. Меня же как-то откачали… Зачем-то. Зачем? Зачем это всё, а?! – Хель всхлипнула и в порыве чувств ударила кулаком по столу.

Бутылка негромко звякнула. И только тогда я заметила, что она уже давно пуста. Что на часах полтретьего ночи. Что недошитая юбка упала на пол. А ещё – что я сижу, воткнув иголку в собственный палец. И мне не больно.

Точнее, больно, но совсем не от этого.

Я выдернула иголку, машинально слизнула выступившую капельку крови. А потом встала, подошла к подруге и обняла её. Крепко. Хель не шевелилась. Только старательно изучала потолок, запрокинув голову. По татуированным узорам текли слёзы.

— Не ходи в тени, — наконец пробормотала девушка, прижимаясь ко мне в ответ. – Никогда-никогда не ходи в тени. Обещаешь?

— Обещаю, — кивнула я. – Знать бы ещё, что это такое…

— Я тебя познакомлю с человеком, он объяснит.

Он умный, он хорошо объясняет. А я дура, я не умею… И вообще, ты меня не слушай. Я пьяная просто, вот и несу всякую чушь.

— Это не чушь. Это очень важно.

— Да не важно это ни капельки. И вообще зря я всё рассказала. Ты же теперь жалеть меня будешь… А я не люблю, когда жалеют. Почему я сюда переехала, думаешь? Задолбали сочувствующими взглядами потому что! Оленька бедная, Оленька несчастная, Оленьку нельзя одну оставлять, а то вдруг опять вешаться полезет…

— А ты пыталась?

— Пыталась.

Дважды. Первый раз вытащили, а во второй – верёвка порвалась.

— А…

— Молчи! Не спрашивай. И не волнуйся, больше от меня такой глупости не дождутся. Я жить хочу! Честно! Просто не знаю, как…

— Хель…

— Молчи! И не вздумай меня жалеть, прибью!

— Я тебе на диване постелю. А ты пока бутылку вымой. Только не разбей.

— Успокойся, я не настолько пьяная, чтобы бутылки бить, — девушка отстранилась от меня и встала.