Рождение привратницы

Но приземлилась я на удивление мягко. Особенно учитывая, что падала спиной вперёд, и приложиться затылком обо что-нибудь твёрдое было проще простого. В какой-то момент я даже подумала, что именно так и случится. Но над самой землёй падение вдруг замедлилось, словно кто-то невидимый подхватил меня на руки и бережно опустил на землю. Я даже почувствовала тёплое дыхание возле своего уха.

«Засыпай…»

А может быть, и показалось…

9. Северное сияние

Снега не было.

Неба тоже.

Вместо него надо мной высился потолок, который, честно говоря, давно уже пора было заново побелить.

В дополнение к нему шли выцветшие, местами отклеившиеся обои.

А стоило шевельнуться, как сразу же пронзительно скрипнул диван. По всем признакам – если не ровесник дома, то уж точно свидетель последнего ремонта.

Собственно, на диване я и лежала. Прямо в куртке. К счастью – расстёгнутой. Рядом свернулся калачиком рыжий кошак. Вот привязался!

На первый взгляд, вокруг было спокойно. Никто никуда не бежал, не кричал, стёкла не бились и зеленоватые вспышки за окном не сверкали.

То есть мир не рухнул. Хотя, кажется, был к этому очень близко.

— И это у них называется штатная ситуации? — проворчала я.

— Что? – сбоку немедленно возникла Хель.

— Да всё, — вздохнула я. Вставать не хотелось. Объяснять тоже. Поэтому я просто лежала и медленно оттаивала.

— Как чувствуешь-то себя?

— Как тряпочка. Безвольная и бессильная.

— А, это нормально. Некоторым и одной открытой тропы достаточно, чтобы свалиться, а уж если две подряд – то, конечно, откат будет.

Так что отлёживайся пока. Я про другое: ничего не отбила?

— Вроде нет, — я осторожно пошевелила руками-ногами. – Я вообще как-то очень мягко грохнулась. Кажется, даже синяков нет.

— Везучая!

Я кивнула и украдкой коснулась правого уха. Кожа ещё помнила чужое дыхание. Но ведь рядом же никого не было! Или я отключилась ещё в полёте, вот и померещилось всякое?

— А Игорь в порядке? Что вообще было после того, как я грохнулась?

— Да ничего особенного. Игорь офигел, конечно, но на карнизе устоял.

Добрался до окошка, там Николай Сергеевич его внутрь затащил и вырубил.

— Совсем? – Я сразу же представила, как суровый военный отработанным приёмом карате отправляет в нокаут собственного сына. Но всё оказалось не так страшно.

— Да не делай ты такие глаза. Снотворного вкатил – и всё. И, думаю, ещё какую-нибудь штуку для локальной зачистки памяти. У него тут, оказывается, этих ампул – на все случаи жизни, как в аптеке.