Ливень

Можешь убедится сам, мы…

Маг вдруг вздёрнул подбородок вверх и брови его грозно сдвинулись на переносице.

- Ты хочешь заманить меня в ловушку стерва? Как тогда на пристани, в порту?

Теперь кажется настало время мне удивляться, потому что я ни сном ни духом не предполагал, что теург-изгнанник вообще присутствовал на пожаре. А ведь я уйму времени потратил собирая свидетельские показания, рисуя схемы и не только.

- Фурион, ты чуть не сжёг город!

- Я испепелил убийц, замысливших покушение на регента! – отрицательно мотнул головой, бывший теург отчего седая чёлка на лбу закрыла ему глаза.

- Но это можно было сделать по-другому. Не уничтожая пламенем округу… - Регина наклонилась вниз так низко, что я испугался за неё и встал за спиной женщины. На всякий случай.

Если честно я никогда не видел её такой взволнованной. На мгновение мне даже почудилось, что губы женщины дрожат.

- Они пали от праведного гнева! Огонь очистил их! – гнул своё изгнанник. - Никто не просил тебя тушить его!

Молот снова оказался в руках мужчины и размахнувшись им он в дребезги разбил одну из опор моста на котором мы стояли.

- Фурион, кто приходил к тебе выспрашивать про примо солидус?! – прокричала Регина, опасливо пятясь от края так как после седьмой сломанной опоры наш мост завибрировал и пошёл трещинами.

Я уж было думал разговор закончен, но ошибся. Теург ответил почти сразу

- Почему ты решила, что кто-то посещал меня?

- Больше тебя никто о нём не знает!

И снова молот взлетел вверх и нанёс удар.

- Ты всегда шпионила за мной несносная девчонка! Подслушивала, подглядывала! – брызгая слюной кричал сумасшедший алхимик, прорубаясь через лес колонн сквозь треск и звуки бьющегося стекла.

- Я любила тебя как отца!

- У меня никогда не было дочери!

Абсолютная тишина накрыла нас. Даже звук бьющегося сердца Колд был слышен мне.

- Разве? – тихо, так что я еле-еле расслышал, произнесла Регина и по щеке её покатилась слеза.

Стеклянными брызгами разлетелась без следа очередная опора и тут же у нас под ногами разверзлась метровая трещина, разбрасывая в разные стороны бритвенно-острые осколки.

Что-то больно укололо меня в левую скулу, и я почувствовал, как по щеке потекла крупная капля крови. «Реальность — это то во что мы верим», - любил повторять Корнелиус Аддингтон. Только сейчас я понял в какой опасности мы находимся.