Ливень

Кашлянув в кулак Кавана сделал вид, что разглядывает носки своих острых туфель, а стажёр мой давился водой из стеклянного стакана уставившись в окно.

Коснувшись пальцами локтя Регины, я почувствовал, как та расслабилась.

- И всё-таки надо продолжить. Стич сейчас выманивает их на себя.

- Значит будем надеяться на языка… пошевелил усами Галгарпер.

- С языком! – Рассада засмеялся и все остальные подхватили.

Проходящая мимо столовой с подушкой в руках фрау Хубер удерживающая перед собой подушку недовольно покачала головой.

* * *

Тройка в плащах на ходу спрыгнула с кареты, которая не останавливаясь промчалась мимо дома. Стремительным броском налётчики оказались у фасада здания и вот уже в окно комнатки Стича полетела дымовая граната, а двери в подъезд были выбиты с петель. Ботинки застучали по лестнице перемежаясь с металлическим лязгом.

Бах! – выстрел в дверь дробью изрешетил к чёртовой матери створку превратив в куски и острые щепки крепкую дощатую поверхность.

Бам! – второй разнёс в клочки кровать Стича и куклу из одежды. Вмести они влетели внутрь, вынимая короткие двуствольные пистолеты из-за пояса.

Третий убийца тем временем остался внизу, встав на площадке между первым и вторым этажом поводя ружьём из стороны в сторону.

Пора! Я спрыгнул на первого сверху. Всё это время держался за полку, прибитую почти под потолком. Моё колено вонзилось прямо в затылок здоровяка, но тот только качнулся и развернувшись тут же всадил пулю в стену рядом со мной.

Одновременно Стич выкатился из-под шкафа вонзив нож в лодыжку второго. Заорав от боли тот послал пулю в доски под ногами и рухнул на колено.

Судя по звукам внизу там тоже шёл бой. Кавана и Рассада пытались взять живым оставшегося в подъезде противника.

Рукоятью ножа я саданул своего противника в лоб и кровь брызнула ему на лицо, потекла по щекам. Выставив руку вперёд от сделал шаг назад к стене и снова выстрелил. Но целился он не в меня, нет! В своего товарища, которого Стич уже вязал на полу.

Пуля пробила лопатку с левой стороны и уже почти упакованный язык беззвучно обмяк в руках ветерана.

Со злости я схватил стоящий на полу стул и разбил его о голову первого. Тот удивлённо взглянул на меня, а потом рухнул на пол лицом вниз.

- У моего был язык, - сообщил Стич поднимаясь с пола.

- У моего к сожалению, нет, но всё равно его берём.

Заломив руки бесчувственному налётчику мы на пару потащили его вниз.

- Он, когда понял, что не вырвется.