Последнее прощай

Они вполне могли, не предупредив ее, забрать часть праха себе, вот только зачем? И почему это скрыли от нее?

А может, они все же обсудили это с ней. Спроси они, что она думает, если пригласить на похороны циркачей и розовых слонов, она наверняка могла ответить: «Хорошо… как хотите…»

Остальные тем временем успели спуститься с дюны и уже почти скрылись из виду. Анна пустилась вдогонку, но протоптанный песок начал скользить, пересыпаясь и увлекая ее за собой. Напоминало попытку подняться по нисходящему эскалатору.

Она заставила себя на мгновение остановиться, перевести дыхание, затем, чуть сменив траекторию и стараясь ставить одну ногу четко перед другой, наконец дошла до самого верха дюны.

Там она обнаружила дожидавшуюся ее Терезу, и они вместе продолжили шагать, не спуская глаз с видневшихся вдалеке остальных членов семьи Барри. Камбер-Сэндс был из числа тех мелководных пляжей, которые отлично годятся для летних семейных выездов, потому что во время отлива море мельчает по самый горизонт, оставляя за собой небольшие прогретые солнцем лужицы, в которых могут плескаться детишки.

Однако в такой день, как сегодня, отлив предвещал им долгую и ветреную прогулку к волнам.

– Ты правда не знала? – осведомилась Тереза, пока они догоняли остальных.

Анна покачала головой.

– Вот свинья, – пробормотала Тереза.

Анна бросила на нее удивленный взгляд. Она ни разу не видела и не слышала ни одного намека на то, чтобы ее невестка делала что-то, противоречившее линии партии, и это замечание было ей по душе.

Даже очень.

Сегодня Гейл в самом деле вела себя по-свински. Анна с этим уже смирилась, перестав обращать внимание на все эти колкости и резкости в попытках быть той невесткой, какой бы ее хотел видеть Спенсер, – доброй и отзывчивой, снисходительной к печалям других женщин, – однако в последние полчаса стало предельно ясно, что это была игра в одни ворота.

Спенсер обожал свою маму, но все же прекрасно понимал, когда она бывала неправа, поэтому если ему и хотелось видеть в своей жене кого-то, кроме любящей невестки, то это девушку со стержнем.

Он всегда призывал ее быть тверже, учиться стоять за себя.

Подстрекаемая этой мыслью, она решительно направилась к небольшой группе людей, стоявших на мелководье, куда добегали всплески затихающих волн. С каждым шагом пламя негодования разгоралось все жарче. Тереза утомленно тащилась следом, изо всех сил стараясь не отставать.