Родословный. Bloodline

- А! Вспомнил: кто-то рассказывал мне, что в этом лесу часто происходят несчастные случаи!

- Да, из-за оборотней, - сказал Вангуард, свернув на дорогу, ведущую из города.

- Оборотни?!

- Да. Оборотни.

- А... они... э-э... они опасны для нас? – осторожно спросил Квотер.

- На глазах у Сородича, оборотень разорвал на куски толпу вампиров меньше чем за минуту, - ответил Вангуард и ехидно спросил. – Как тебе такой расклад?

- Зачем же мы едем туда, если, скорее всего, погибнем? – Квотер начал беспокоиться о своей сохранности.

- Другого источника информации у нас нет, - абсолютно спокойно отвечал Вангуард.

- А подкрепление?

- Если мы заявимся туда с толпой вампиров, оборотни заметят нас стопроцентно! – Вангуард не стал говорить настоящей причины – он обещал Джеку.

- А нельзя просто плюнуть на все?

- Я не из тех, кто бросает дело незавершенным, - резко ответил Гангрел. – К тому же, если мы не помешаем Бродяге, его действия могут коснуться всех Сородичей.

Квотер замолчал, обдумывая сложившуюся ситуацию.

Вангуард вел машину по пустынной ночной дороге. Свет фар немного разгонял тьму, окутавшую все вокруг. За всю дорогу им не встретилось ни одной машины.

В такие минуты Вангуард размышлял о мире, о Сородичах, о том, куда мы все катимся, и что ждет нас впереди, кроме тьмы? Иногда Вангуард вспоминал свою прошлую жизнь, когда он был человеком. Но эти воспоминания были нечеткими, тьма поглотила и их. Сейчас Вангуард уже не мог вспомнить, как выгладит восход солнца, огненный закат.

.. Для него солнцем стала луна, а звезды вечными надсмотрщиками. Вангуард знал, что обратной дороги нет: и раньше бывали случаи, когда вампиры самыми различными, а порой и извращенными методами, пытались вернуть себе человеческое обличие. Но такие попытки заканчивались плачевно, как для вампиров, так и для окружающих их людей. Нередко вследствие таких экспериментов появлялись мутанты, ужасные твари ночи, а порой под влияние таких действий попадали целые области и населенные пункты.

Вангуард в отличие от людей и Сородичей не боялся смерти. Он ненавидит трусов, которые, забившись в самый глубокий подвал, трясутся от каждого шороха. Смерть – это только начало. После человеческой смерти Вангуард стал вампиром. Новая форма жизни. И никто не может утверждать точно, что после второй смерти, нет ничего. Но став вампиром, Вангуард стал чувствовать себя одним из Сородичей. Это мрачное сообщество стало его... родней. Он чувствовал кровную связь.