Рубежи

– Что такое? – взволнованно спросил Густаф. – Тебе нехорошо?

Не понимая, что происходит, Мила начала оглядываться по сторонам, попыталась сдержать дрожь в руках. То ли богиня как-то перехватила контроль и туманила ей разум, посылая жуткие видения, то ли Густаф… Нет, этот вариант точно отпадал. Он точно не мог съесть человеческий глаз и не мог говорить то, что говорил.

– Мила, присядь, – он тоже поднялся и попытался усадить ее обратно за стол. – Подыши, выпей еще вина.

Он метнулся к окну и открыл ближайшую створку.

– Вина? – переспросила она.

– Вина-вина… – отозвался Густаф и вдруг расхохотался. – Твоя вина! А знаешь почему? Потому что из-за тебя все будут мертвы! – искаженным голосом прохрипел он. – И Лана, и Ян, и может даже Мигель, который так о тебе заботится, а ты его не замечаешь.

Хохот стал оглушающим, и Мила заткнула уши, но все равно продолжала слышать каждое слово, будто они транслировались сразу ей в мозг.

– Когда будет проведен ритуал закрытия Врат, ваши с Ланой силы высвободятся! Искры Огня и Воды больше не будут принадлежать вам, потому что вы будете мертвы! – голос стал низким и расслоился на тысячу вариаций.

– И тот, кому они достанутся, будет править миром. Мирами! – с замиранием произнес Густаф.

– Хватит! – рявкнула Мила и поняла, что больше не может пошевелиться. Густаф прохаживаясь по комнате, свысока смотрел на нее. – Даже поверить сложно, что Искра может теплиться в таком никчемном существе…

«Хватит!» – мысленно проорала Мила, но ничего не изменилось. Но, по крайней мере, стало понятно, перед ней не Густаф.

Перед ней плод больного воображения богини, которая решила измотать ее кошмарами, бросая из одного видения в другое.

«Хва-ати-ит!» – Мила уже почти рычала.

– Тебе понравится видеть гибель близких людей, я тебе обещаю. Из Ланы получится отличная кукла. Она - смазливая пустышка, которую можно будет наполнить перьями или синтепоном. А голову опилками – уже всяко станет получше, чем есть на самом деле.

«Не сме-ей насмеха-аться…» – закипала Мила.

– А Ян? Ох, этот Иванушка-дурачок как будто вообще не понимает, что и как в этом мире работает.

Его можно распотрошить и выбросить. Даже как сувенир оставлять неприятно. Только такая неудачница, как ты, могла влюбиться в такого, как он.

– Заткнись! – у Милы наконец прорезался голос. – Заткнись! Заткнись! Заткнись! – зажмурившись продолжила кричать она и вздрогнула, когда ощутила чью-то ладонь на лбу.

– Тише, тише… – прошептал Мигель и погладил по волосам. – Все хорошо.