Рубежи

Если бы не последние, руны можно было запитать всего один раз, а потом лишь отслеживать их состояние.

Сейчас же на каждую приходилось по четыре творца. Три смены по восемь часов и один на случай чрезвычайной ситуации. Изначально это были добровольцы, вроде Сени, которого Макс и впрямь пытался, как и Яна, запереть где-нибудь в безопасном месте. Но тот оказался непреклонен в своем решении, и Максу пришлось уступить. Ну как уступить: Арсений хотел в команду к Чистильщикам, а его оставили заряжать руны, что было более безопасным занятием, но все равно не исключало возможности умереть.

Поначалу умирали лишь те, кто слишком увлекался отдачей собственного огня. Поддавались азарту, когда видели, как земля начинает очищаться, и не могли остановиться, пока не оказывалось слишком поздно. Творцов заставили работать в паре, из-за чего каждый по восемь часов следил за своей руной и, если требовалось, заряжал ее, в то время как его напарник смотрел, чтобы тот не переусердствовал. Теперь усталость копилась, но она не убивала, особенно если вовремя прекратить работать живой батарейкой.

И когда было кем заменить — заменяли. А потом прорывы теней стали случаться чаще, поток добровольцев заметно поредел, живительную кровь векш выдавать перестали... В общем, ничего хорошего оставшихся не ждало, даже с обещанием Макса поставить на подпитку рун артефакты — надолго их не хватит, как и полудохлых творцов не оживят остатки крови векш.

Сеня рассказывал все это будничным тоном, не забывая вставлять шутки и корчить рожи.

Они с Яном сидели рядом с их защитной руной, в которую Ян сливал огонь, с лихвой зачерпнутый из Изначального Пламени. Творцы, чьи руны были заряжены, или чья смена уже закончилась или еще не наступила, внимательно следили за ними, и ненависть в их глазах мешалась со страхом, а то и вовсе полностью сменялась им. Потому что огонь на пальцах Яна все еще горел, горел ярко, сами пальцы чернеть не торопились, а земля рядом с полностью заряженной руной успела очиститься до двух соседних рун и продолжала очищаться дальше.

Поначалу, когда Яну объяснили, как сбросить излишки огня с пользой, он назло отцу собирался черпать из Изначального, пока действительно не лопнет. Сейчас же не только успокоился, но и задумался: а что случилось бы, если б демон Максвелла его не оттолкнул? Спалил бы поместье вместе с отцом и Милой? Или просто лопнул бы? И ведь из-за наложенной на него немоты этот дурацкий вопрос даже Сене не задашь.