Затишье перед бурей

- Что именно вас так смущает, девочка моя? – сочувственно спросила она, глядя на гневно сверлящую её взглядом гостью.

Сьюзан нервно рассмеялась.

- Что? Вы шутите? Меня пытались убить демоны, мои приятели оказались ангелом и опять же демоном, я сижу в кухне у медиума и ведьмолова, а полчаса назад меня познакомили с настоящим Антихристом! Что вообще меня может смущать?

Она осеклась. Глубоко вздохнула, и закончила уже очень спокойно:

- Меня не смущает уже вообще ничего. Просто я пытаюсь понять, как мне выжить в той кроличьей норе, в которую провалилась.

- Для этого у вас неподходящее имя, моя милая, - негромко засмеялась мадам Трейси.

- О, нет, спасибо! – раздражённо фыркнула девушка. Нервная вспышка миновала так же быстро, как и пришла, и Сьюзан быстро возвращала себе привычное, не раз раздражавшее её приятелей и родных ехидство. – Боюсь, в том мире, к которому подходит моё имя, мне вообще не выжить! На мою тёзку, если что, Аслан забил большой болт. Хотя я его понимаю – ничего большего идиотка, отказавшаяся от веры в сказку ради взрослой жизни, и не заслуживает.

И, видя, что мадам Трейси смотрит на неё каким-то странным, то ли удивлённым, то ли укоризненным взглядом, смешалась и почти сердито закончила, отводя взгляд:

- Ну, я имею в виду последнюю книгу Льюиса, вы же читали? Старшая сестричка повзрослела и перестала верить в Нарнию. Я до последней страницы верила, что Аслан сделает что-то, чтобы вернуть её. Но нет – Сьюзан, видите ли, больше не друг Нарнии.

Хорошенькая мораль: будь благородной, будь доброй, но помни, что права на ошибку у тебя нет! Стоит тебе разочароваться в неслучившемся чуде – и тебя оставят за бортом, как ненужную вещь. Ну что, скажете, я не права?

Последние слова она, неожиданно для себя, почти выкрикнула, испуганная тишиной в кухне. Она подняла голову – и поняла, что мадам Трейси по-прежнему смотрит на неё, склонив голову.

- Что? – тихо уточнила Сьюзан.

Медиум покачала головой. Забрала у Сьюзан нож и, с удивительной ловкостью покончив с остатками спаржи, принялась смешивать ингредиенты будущего салата в глубокой миске.

Выходило у неё очень ловко.

Спустя пару минут она вдруг невесело улыбнулась молча глядящей на неё девушке. И, словно разговор и не прерывался, сказала на удивление серьёзно:

- Чего же вы хотели от Льюиса, моя милая, он ведь был крайне религиозным… Да ещё и католиком. А потеря веры для христиан – страшнейший грех.

Она вдруг лукаво усмехнулась.