Затишье перед бурей

На лице его мелькнула виноватая, беспомощная полуулыбка. Но Уильям, казалось, даже обрадовался этому признанию.

- Что же, пока что не вижу никакого противоречия. Скорее наоборот. Взгляни, вот ваш путь, я позволил себе кратко собрать его в упрощённую схему.

Он протянул ангелу раскрытый блокнот, где была изображена грубо нарисованная пирамида с торопливыми пометками. Азирафаэль склонился над страницей, с интересом вчитываясь в написанное. С лёгким удивлением покосился на Уильяма.

- О, мой друг, у вас великолепные задатки хрониста! Да… да, и впрямь, я не обратил на это внимания…

Он, нахмурившись, проследил глазами ряд вертикальных стрелок с краткими пометками возле каждой.

- Мне кажется, здесь немного неверно, - палец его неуверенно прикоснулся к третьей снизу стрелке, - Видите ли, наши крылья… Это отражение нашей внутренней сущности, некий… субстрат, если вы позволите мне такие термины. Я не задумывался над этим раньше, но очевидно, что сам полёт не мог быть тем испытанием, которое помогло Кроули поднять нас с Шестого круга.

Я бы скорее сказал, что сама его возможность связана с неким поступком, который…

Он заколебался, явно не зная, как выразиться понятнее. Закончил неуверенно:

- Который сделал его сущность более… лёгкой по сравнению с общей материей Преисподней.

Пастор с интересом склонил голову.

- И такой поступок был?

Азирафаэль резко кивнул. И, закусив губу, с болью отвернулся.

- Он… - едва слышно выдохнул он дрожащим голосом, - Он напоил меня святой водой.

Из собственных рук. После того как я… Адский огонь, ну, вы понимаете? Это было безумие. Я лежал на его руках, а он… О, Боже, я боюсь даже представить, что мог просто толкнуть его! Просто… не знаю, поперхнуться!

Пастор с лёгким удивлением поднял брови. На лице его мелькнуло что-то, что больше всего походило на уважительное одобрение.

- Ты не рассказывал об этом… Да, это и впрямь вполне тянет на искупление, - пробормотал он себе под нос, вновь подтягивая к себе тетрадь и исправляя несколько слов.

- Искуп…

Азирафаэль подавился и, вскинув голову, потрясённо уставился на священника. На лице его медленно расцветало изумление, недоверие, почти священный ужас…

Надежда. Робкая, исступлённая…

- Вы… Ох, Уильям, дорогой мой, вы считаете, что Кроули… Что он и впрямь может быть… прощён?

Священник со вздохом пожал плечами.

- Раз уж даже ты, один из ангелов второго Хора, не уверен в этом, то что могу знать я? Но да – я допускаю, что это так.