Мир в хорошие руки

Но почему нас не посадили под замок еще в тот раз, когда мы торговались со стефами о цене?

Ла Керт пожал плечами:

– Возможно, они поначалу не приняли вас всерьез. Или получили приказ позже…

– Или не приняли приказ всерьез, – усмехнулся Динеш. – Ни один хоть сколько-нибудь разумный стеф не поверит, что человек способен насмерть поразить не то что офицера, но даже рядового…

– К сожалению, показания свидетелей подтвердились.

Отрадно было видеть, как самоуверенная физиономия братца-пилота вытянулась наподобие квадрупеговой.

– Кровь, пролитая на месте преступления, принадлежала человеку, – тихо, но твердо заявил вэазар. 

Костерок треснул, под потолок пещеры выстрелило высокое голубое пламя – с тушек в огонь начал капать жир. 

– Может, я туплю, – влез я, – но до меня чего-то не доходит, как убийство этого Вениамина, пусть даже и человеком, связано с бойней в далане стефов.

Собеседники посмотрели на меня, как на слабоумного. Динеш открыл рот, но Ла Керт опередил его:

– Возможно, оно и не связано.

Но возможно, просочились кое-какие слухи – ведь расследованием дела занимались как уштадская полиция, так и клан Себастиана. Слухи породили беспокойство, беспокойство вызвало агрессию, кто-то не сдержался, кто-то схватился за оружие, началась паника… 

– То, что мы видели, было не паникой, – возразил я. – Это был хаос.

– Поверьте, вы оказались свидетелями только маленькой его части, – мрачно подтвердил вэазар. – Но ты прав, Лиан. Если всему виной ночной инцидент, то эта снежинка не могла вырасти в снежный ком сама по себе, по крайней мере так быстро.

 

– И кто же приложил руку к, хм, снеговику? – продолжил я аллегорию вампира.

– Боюсь, та же персона, что натравила на тебя, э-э, собак, – покосился на Динеша Ла Керт. 

Внезапно Машурин брат вскочил на ноги, ладонь его привычно обхватила рукоять факара:

– Хватит! Снеговики, собаки… Идиотом меня считаете?! Это заговор, да? Вы спланировали нарушить договор четырех сторон и начать войну, так? А ты, – Динеш пошел в мою сторону вокруг костра, – ухлопал стефского офицера, верно?

Я бы заржал, если бы угроза во взгляде саттардца не выглядела на сто процентов серьезной:

– Ты чего, охренел совсем? Мы же все время были вместе!

– Со стефом ночью расправились.

Когда я спал, – наседал на меня пилот с фанатичным огоньком в глазах. 

Я попятился к Ла Керту:

– Точно спятил! Я ж связанный валялся. Под твоим же одеялом.

– Может, и валялся.