Мир в хорошие руки

– Пусть Машура никогда больше не увидит мать с отцом, пусть в Среднем мире разразится война, пусть Ноал вернется туда спасителем человечества, станет властелином и перекроит вселенную по-своему… Какая разница! Остановить-то его будет некому.

Динеш сел, потирая ушибленное колено:

– Вы что, правда считаете, что нам грозит война?

Ла Керт вздохнул:

– Боюсь, что так. Зачем иначе резня в Уштаде? Думаю, это провокация. Стефы будут во всем обвинять людей, люди – стефов. Давно и прочно установившийся мир придет к концу.

Постепенно в конфликт втянутся и остальные расы… Теперь вы понимаете, – вэазар обвел нас взглядом внимательных черных глаз, – насколько важно как можно скорее вернуть дракону Женетт Торбук, чтобы она могла прислать в Средний мир нового преемника?

– Надеюсь, новый будет получше двух старых, – хмыкнул саттардец, игнорируя мой поднятый средний палец. – Кажется, ты говорил, что сможешь узнать, где исуркхи держат мою сестру?

Ла Керт кивнул:

– Надеюсь, смогу. У тебя, случайно, нет какой-нибудь ее вещи?

Динеш полез за пазуху и вытянул оттуда кожаный мешочек на шнурке.

– Вот. Тут прядь ее волос – с того времени, когда она косу отрезала, – голос его дрогнул. – Мать дала в дорогу. Думала, может, какой маг поможет Машуру разыскать…

Глаза вампира радостно сверкнули:

– Волосы – почти так же хорошо, как кровь. Отойдите от костра – мне нужны место и тишина.

Я забился в угол пещеры как можно дальше от Динеша. Вонища от горящих волос была жуткая. Пока Ла Керт колдовал, я старался дышать в рукав и думал о том, захотел ли бы я быть Помнящим.

Если я правильно понял, умри я в этом мире, моя душа попадет в Нижний, а потом родится в новом теле, забыв прошлую жизнь, чтобы начать все с нуля. Хотел бы я забыть убитую мной кошку, Гену, школьные годы чудесные, бладхаундов, мертвые глаза женщины на ярмарке? Безусловно, хотел бы. Но ведь с ними я забуду и мать, Сашку, Вовку, полеты с Ветром Времени, Машуру… Стоп! А она-то как сюда вписывается? К тому же, скорее всего, даже если тот же Динеш или исуркхи наконец до меня дорвутся, то вездесущий ЭРАД явится по мою душу и в Нижний мир.

Если же переживу ночную операцию по освобождению заложницы, то сдохнуть мне светит в родном мире, где в реинкарнацию верят одни буддисты. Хм, может, мне тоже стоит побрить башку и переодеться в оранжевое? Хотя при моих-то грехах быть мне в новой жизни каким-нибудь облезлым котом… На этой оптимистической мысли я и провалился в сон.