Ведьминский патруль

Зачем надо было залезать в мою душу? Чтобы растоптать последние ростки веры в то, что есть мужчины, достойные доверия? Что ведьму на самом деле можно полюбить по-настоящему?

Или…

Меня пронзила страшная догадка, стеганув не хуже плети по оголенным нервам! Недаром Антон постоянно расспрашивал меня, выясняя самое сокровенное. Да я его даже в святая святых впустила, в свою лабораторию! Начальнику не терпелось узнать все мои тайны? А я еще радовалась, что маг обо мне заботился и взял на себя обязанность бегать на ковер к начальству! Дура! Какая же я наивная дура! Удобно иметь послушную ведьму под рукой, не правда ли? Интересно, а когда я должна была узнать об этом? Когда на шее сомкнется ошейник, а я в зубах понесу поводок, как послушная дрессированная зверюшка?

Как же больно…

Глаза защипало от подкативших слез, но чудовищным усилием воли я отогнала их, слушая дальше.

— Палыч, прекрати! — отозвался мой напарник недовольно.

« И это все, что ты можешь сказать? Неужели и вправду все? Как так?»

— Хорошо, хорошо, это не мое дело.

— отозвался примирительно начальник. — Давай вернемся к насущным вопросам. Как и договаривались, место начальника отдела надзора за патрулями твое — поставленную задачу ты выполнил отлично. Осталось еще узнать, поделился ли информацией с Радой Аркаша. Может, из солидарности хоть расколется, мразь…

«Ага, сейчас! Бегу, прям волосы назад! Нихрена вы больше от меня не узнаете, двуличные сволочи!»

— Ты Раду в свой отдел теперь заберешь? — задал неожиданный вопрос начальник, а я затаила дыхание, ожидая ответа.

Во мне еще теплилась надежда, что Антон просто не хочет разговаривать с Палычем о наших отношениях. Или, что я где-то неправильно все поняла. Глупое, унизительное чувство заставляло верить в чудо, и я никак не могла от него избавиться! Антон весь разговор молчал, поэтому вдруг…

Ну пожалуйста, пусть случится это «вдруг»!

Я с силой сомкнула зубы на нижней губе, но боли так и не ощутила, полностью обратившись в слух.

— Нет, это совершенно невозможно. — раздался голос напарника, а я услышала звон осыпающихся осколков. Моя надежда разбилась вдребезги, усыпав все вокруг битым стеклом. И теперь мне предстояло босыми ступнями пройти по этому крошеву, кровью и болью расплачиваясь за собственную наивность и слабость.

Боль в груди резко утихла, а на ее месте разлилось ледяное онемение.

Все, Рада.

Это последний гвоздь в крышку гроба ваших отношений.