Ведьминский патруль

«Вот же жук!» — пронеслось у меня в голове. Меня даже угрызения совести перестали мучить за разгромленный кабинет! Было неприятно слышать, что меня подозревали, несмотря на сложившиеся достаточно доверительные отношения.

— Палыч попросил организовать за тобой слежку. Мне изначально эта идея не понравилась — я был уверен в твоей непричастности! Но как убедить в этом Палыча, не знал. Он принял мои возражения за недостаточную мотивацию и пообещал место начальника отдела. Но согласился я не поэтому.

— А почему же? — мой голос звучал глухо.

Невесть откуда взявшаяся капля упала на листик клевера, и я машинально стерла ее пальцем.

Кажется, дождь начинается.

— Если бы я отказался, то он нашел бы более сговорчивого, вот и все, как ты не понимаешь! Мой отказ не изменил бы ничего! А я не хотел терять шанс быть с тобой рядом!

И как эта простая мысль мне не приходила в голову? Ведь и правда, а если бы на месте моего напарника оказался не Антон? Об этом даже думать не хотелось.

— И поверь, ничего лишнего я никому не говорил.

Палыч знал только отчеты по нашим дежурствам, не более того! Я бы никогда себе не простил, если бы навредил тебе!

— А почему тогда ты отказался меня брать в свой отдел? — я не сдержалась и все-таки всхлипнула. Полгода мучений и терзаний оказались бессмысленными. Этакий изощренный садомазохизм. Антон ни разу не давал повода в нем сомневаться все это время, а я ему даже шанса не дала объясниться…

Какая же я идиотка.

— Я совершенно не хотел быть твоим начальником! Из нас получилась отличная команда, на равных.

Да и был уверен, что ты никогда не пойдешь ко мне в подчинение.

Самое противное, что он был абсолютно прав — я бы не согласилась. От противоречивых эмоций не выдержала и вскочила, повернувшись спиной к Антону. Слезы текли по щекам, не давая говорить. По собственной дурости мучилась сама столько времени. И его мучила.

А он все равно искал. И нашел. Несмотря ни на что, он меня нашел…

Теплые мужские руки ласково легли мне на плечи, мягко поворачивая к себе.

Я уткнулась в крепкую родную грудь (чуть более костлявую, чем я помнила, но это было поправимо) и, вдохнув такой родной запах, позорно разревелась. Антон нежно гладил меня по спине и волосам и уверял, что теперь все точно будет хорошо. Даже несмотря на мой мерзкий характер. И вспыльчивость. И упрямство. И умение сбегать в неизвестном направлении.

Я согласно всхлипывала и все крепче прижималась к любимому.

Наконец, Антон отстранил меня и легонько чмокнул в губы.