Охотничья луна

И моя новая жизнь должна была сложиться весьма комфортно: богатый отец, которому я по барабану, и который готов давать мне деньги, но не внимание - это как раз то, что было для меня идеальным сценарием.

- Но? Ведь тут должно быть какое-то «но»?

- Но, как оказалось, мне сильно не повезло с мачехой.

- Она тебя обижает? - тревожно спросил Северин. К Кайсе алхимик относился нежно. Роману даже иногда начинало казаться, что он влюблен в призрака. Это вполне могло бы случиться, учитывая его непрактичность и оторванность от жизни, живые женщины вызывали у Северина лишь страх.

А Кайса была всегда ласкова и приветлива, навещала брошенного почти всеми затворника часто, освещая унылый быт Северина своей изысканной красотой.

- Нет, совсем нет. Если так подумать, она вообще идеальная мачеха — в жизнь не лезет, не придирается, но и сблизится не стремится. Общается просто, но держит дистанцию. Живет своей жизнью, и уважает твою. Но она подозревает, что я — это не я.

- Странно. Мать еще куда ни шло. Могла бы уловить едва заметные нюансы, которые бы выдали тебя с головой.

Материнское сердце и все такое. Но если женщина к тебе равнодушна…

- Ты лирик, Роман. Какое к черту «материнское сердце»? Матери одурманены своим представлением о ребенке и не хотят видеть того, что существует на самом деле. Материнское сердце слепо. А вот глаз следователя убойного отдела подмечает все очень хорошо.

Роман не выдержал и расхохотался. Кайса состроила обиженную мину, но он все равно не скоро смог унять свое буйное веселье.

- Ты хочешь сказать, что твоя мачеха следователь? - спросил он отсмеявшись. - Да, ты наделена редким везением. Чем ты себя ей выдала, как думаешь?

- Не знаю. Если бы я точно не знала, что на Алису упал кусок декора старого дома, то подумала бы, что это она меня убила.

- Зачем?

- А кто ее знает. Она очень...специфическая женщина.

- Ну, женщина следователь и должна быть весьма особенной, - Роман посерьезнел.- А почему ты думаешь, что она тебя подозревает?

- Трудно объяснить.

Просто она стала вести себя иначе в какой-то момент. Сначала просто приходила в больницу, что-то приносила, общалась с врачами, спрашивала о здоровье. Все просто, буднично, делала, что надо в таких случаях, но без особого интереса и сантиментов. А потом вдруг переменилась в один день: я теперь часто чувствую на себе ее взгляд, очень тяжелый, если честно. Она наблюдает за мной. Я ей вдруг стала очень любопытна. Но от подобного внимания мороз по коже.