Охотничья луна

Кроме почетного гостя и хозяйки дома приглашены были еще шесть персон, в их числе был и Роман.

Звали приезжего Курт Пройс. Это был высокий худощавый мужчина лет сорока с красивым лицом, на котором застыла высокомерная гримаса. Он был в отличной форме, холен, одет дорого и элегантно. Но взгляд больших темных глаз был пустым и маловыразительным, а в тонком носе с нервно трепещущими ноздрями и капризном изгибе губ сквозило что-то женское, слабовольное. В итоге, создавалось впечатление, что гость просто глуп.

После полагающихся в таких случаях первоначальных восторгов и приветствий, Анна Ивановна сразу перешла к цели визита немца в их город.

Это укладывалось в приличия: хозяева, призванные оказать господину Пройсу всяческое содействие, поскорее хотели осведомится, какая помощь от них потребуется, да и выказывали вежливый интерес к его делам. Но Роман прекрасно понимал, что вопрос Анны Ивановны не был ни долгом вежливости, ни праздным любопытством. Ему и самому было интересно, что Курт расскажет им о своих таинственных «изысканиях».

- Меня волнует личность барона Пауля Николаи, - мягкий баритон немца звучал, как у профессионального актера или оратора, переливаясь восхитительными обертонами, акцент только придавал ему очарования. - Не знаю, известно ли вам, что он занимался черной магией и, вероятно, проводил уникальные опыты в этом направлении.

Три пожилые дамы, пригашенные на вечер, жадно подались вперед, зачарованные волшебным голосом приезжего красивого господина. Подался вперед и Роман, правда совсем по другой причине.

Он подозревал, что никто из присутствующих не проявлял когда-нибудь интереса к истории родного края, потому не понял, что слова гостя были откровенным враньем. Не настолько глуп приезжий, чтобы заподозрить барона Николаи в чернокнижии.

Николаи — семья владельцев усадьбы Монрепо, которая раскинулась на берегу Выборгского залива. Причудливо и необычно вписывались здания и павильоны в суровую северную природу с гранитными скалами, соснами и холодным сумрачным морем.

Николаи были не первыми хозяевами усадьбы, но самыми известными. При них она приобрела множество новых построек, при них родились знаменитые выборгские легенды, авторство которых, как достоверно известно, принадлежит лично старшему барону.

Семья была весьма интересная, она неоднократно проявляла себя в российской истории. Пауль Николаи ни в каких оккультных эксцессах никогда замечен не был, да и вообще, человеком был совершенно иного склада.