За окнами "Тихой гавани"

Густые изогнутые брови. Хищный взгляд тёмных глаз.

– Это с какой стороны посмотреть, миледи, – улыбнулся незнакомец. – Итак, к делу. – Он посмотрел на Криса. – Вы высказали смелое желание, мой друг. Но сегодня тот самый день, когда любое желание может быть исполнено. Обычно я назначаю плату за свои услуги, но сегодня… – Уголок его губ приподнялся в усмешке. – Сегодня вам достаточно попросить – и я изменю ваши судьбы. Дайте же мне руки…

Стоило широкой ладони потянуться в её сторону, Алина вскочила, едва не уронив стул.

Одновременно с тем, как взвился со своего места Крис. Они отшатнулись в разные стороны не сговариваясь – лишь бы не коснуться холёных рук, унизанных посверкивающими на свету перстнями.

– Ну что же вы, – покачал головой незнакомец. – Мне казалось, вы смелее. Вы оба. После всего, что вы пережили, неужели вы считаете, что не заслужили награды? – Его улыбка сочилась доброжелательностью, словно ядом. Когда он повернулся к Алине, ей захотелось зажмуриться. – Вас может ждать так много, миледи.

Магия без камня, любящие родители, друзья, для которых никакая работа не сможет перевесить ваших проблем. Никаких взрывов, если только вы сами их не устроите… – Он обернулся к Крису. – Да и вам это понравится. Никакой опасной силы, которая может выйти из-под контроля и кому-нибудь навредить, интересная учёба, возможность раскрыть секреты магии, никакого лишнего внимания, никакой навязчивой заботы…

– А не пошёл бы ты? – огрызнулся Крис. Он всё ещё улыбался, но теперь его улыбка выглядела угрожающе.

– Поддерживаю. – Алина потянулась за кольцом. Хотя что она сможет сделать без арфактумов? Магия Устья сейчас была бы как нельзя кстати. Магия без камня… Она почувствовала, как в груди вновь поднимаются злость, обида и отчаяние. Магия без камня… Незнакомец посмотрел на неё, улыбнулся и протянул руку. Алина снова отшатнулась, ударившись спиной о столб.

И тогда незнакомец засмеялся.

Он смеялся долго и страшно. И от его смеха падали стулья, разлетались осколками бутылки в баре, ломались, как спички, деревянные столбы, и пространство паба комкалось, рвалось, складывалось куда-то внутрь себя, гнулось и осыпалось – и в конце концов сомкнулось вокруг Алины, швырнув её в плотную черноту.

Она очнулась на полу. В собственной комнате.

В собственной ли?

Алина резко села, и голова тут же закружилась, напоминая обо всём, что произошло, прежде чем она… получается, всё-таки уснула?

Она огляделась. Комната была привычной.