Фаворит смерти. Том 1

— Ничего, — выдохнул я. — Просто... просто устал.

— Может, врача вызвать? Ты совсем белый стал, как смерть.

От слова «смерть» мне стало дурно. Я попятился, врезался спиной в дверь, трясущимися руками начал рыскать в поисках ручки, чтобы как можно скорее свалить отсюда.

«Убе-е-ей!» — могильный холодок коснулся затылка.

Тень начала тянуть ко мне свои костлявые черные конечности — руками назвать это не повернулся бы язык.

— Да что с тобой? — Вяземский привстал.

Похожие на сгустки дыма конечности чужака обняли отца.

«Убей его!»

Я рванул из кабинета Вяземского прочь.

***

Специально для сегодняшнего Званого ужина отец распорядился вынести часть кухни в зал, чтобы устроить целое представление перед собравшимися гостями. Было видно — Вяземский долго планировал все это, возможно даже не один год.

У противоположной стены входа, в том месте, где стоял камин, устроили жаровни. На них повара готовили мясные закуски. Огонь танцевал на тушках перепелов, шипел от выделяющегося жира и ярко вспыхивал от поливаемого сверху коньяка.

Тут же жглась хвоя и дубовая щепа, окутывая мясо ароматным дымом, создавая еще более удивительный оттенок вкуса и без того вкусной еде.

Рядом суетились помощники поваров, густо смазывая целые тушки поросят соусом из черного чеснока и солодового сиропа, готовя их для запекания на углях.

Около поваров, ловко орудуя ложками, слуги взбивали эмульсию из перца, сливочного сыра и оливкового масла, которую укладывали маленькими шариками на кусочки красной рыбы, осьминогов, креветок.

Здесь же царил густой сырный дух — один из официантов нарезал огромную голову сыра на почти прозрачные как бумага порции и раскладывал по тарелкам.

Пыхтя и фыркая, в углях другой жаровни готовились во множестве глиняных горшочках мозги, грибное ассорти, густой гуляш из свиных ножек, язычки, уха из пяти видов рыб, петух в вине с тимьяном, картофельный гратен, телячья печень.

Увлеченно рассказывая все этапы приготовления, возле гриля запекал мозговые косточки повар.

Косточки румянились, шипели, источая такой запах, что невольно приковывал к себе взгляды присутствующих. Орудуя тонкой специальной вилочкой и ножом, повар изящно вынимал запеченный костный мозг на заранее приготовленные гренки из черного хлеба, посыпал все это мелко нарезанным зелёным луком и угощал собравшихся. Гости закусывали и закатывали от удовольствия глаза.

Здесь же подавали нежнейший паштет из печени, воздушный, и как шутили гости, почти невесомый.