Свет надежды

С идиотски-радостной улыбкой уставилась на себя в зеркало, одергивая на боках и рукавах складки ткани, но вдруг вскинула голову, услышав, как снаружи вопит какой-то мальчишка:

– Сенсация! Преступник пойман! Горожанам больше не нужно бояться таинственного убийцу!

– Эй, – послышался голос Флориана, – а ну-ка, дай одну газету!

Звякнули монеты, и Лина чуть не умерла от любопытства, так ей стало интересно, чего же такого сенсационного написала тутошняя пресса.

– Что там? – приподняла брови торговка и коротко хохотнула.

– Неужели снова кого поймали? С наших полицейских станется, пока половину Каберты не переловят, так и будут сенсации раздувать. Вот в прошлом году, помнится, аж три раза грабителя ловили. И всё мимо. Пока, наконец, тот сам с повинной не явился. Видать, умаялся слушать, как ни в чем не повинных людей обвиняют.

– Благородно, – кивнула Лина, сгорая от нетерпения заглянуть в газету.

– Зато пить бросил, – пространно ответила торговка и снова принялась копаться в ворохе платьев: – Тут вот еще желтенькое было одно.

..

Но Лина решительно покачала головой:

– Нет, я это возьму. Больно уж понравилось. Да и село, как влитое.

– Вот видите? – Мама Лета гордо задрала подбородок. – Я же говорила! С первого раза попали. С вас двадцать монет серебром.

– Фло! – позвала Лина, выходя из-за ширмы. – У нас столько наберется?

Флориан сосредоточенно читал, и Лине пришлось дернуть его за рукав, чтобы вернуть в реальность.

– А? Что?

– Двадцать монет.

И, пока возлюбленный копался в кошеле, взяла газету и тоже сунула туда нос.

“Преступник пойман!” – гласила надпись, набранная толстым шрифтом с вычурными буквами. А дальше шел короткий и весьма невразумительный текст: “Потеря памяти и неопровержимые доказательства! Кто он? Жертва болезни, или хитроумный монстр? Комиссар Кляйн снова берет след! Следите за новостями!” И еще портрет самого Кляйна – в героической позе и с трубкой в зубах.

– Ну вот, – разочарованно вздохнула Лина, – ничего толком не сказали, только туману навели.

– Да как обычно, – фыркнула лавочница.

– Зато никто не сможет обвинить участок в распространении ложной информации, – авторитетно заметил Флориан и положил монеты в руку мамы Леты. Отобрал у Лины газету и, свернув, сунул за пазуху. – Надо будет мэтрам показать, вдруг это важное что.

Потом взгляд его сфокусировался на Лине, и библиотекарь расплылся в дурацкой улыбке:

– Ягодка, а тебе очень идет зеленый.