Свет надежды

– Сможешь подняться? – Лина, осторожно обняла юношу, подставляя плечо. – Пойдем, на диван присядешь? Промоем твою рану, перевяжем…

Голем, пятясь, вылез из-под кровати, а на спине его лежала початая бутылка с темно-красным содержимым. Невероятным образом умудряясь держать бутыль в равновесии, Хвостик приблизился и ловко уронил ее прямо на колени Флориану.

Схватив бутылку здоровой рукой, юноша зубами вытащил пробку и жадно присосался к горлышку. Сделал несколько глотков, понемногу приходя в себя. А потом у него вдруг вырвался нервный смешок.

– Нужно всё же встать с пола… – эхом отозвалась Лина, – и попробовать перебраться...

И тут за окном внезапно и очень близко загремел гром.

– Гроза? – удивленно подняла она брови. – Вроде ничего не предвещало.

Улыбка на лице Флориана погасла – он внезапно ощутил, как в месте шрама холодеет рука.

Стараясь отвлечься от бьющегося в голове потустороннего визга, Михаэль встал со стула и принялся тщательно проверять амулет на двери, вертя его в пальцах.

– Мэтр, держитесь ближе ко мне! – крикнул он Томасу.

С улицы что-то сильно ударилось в дверную створку – несколько раз, словно гигант постучал. Михаэль открыл смотровое окошечко и выглянул наружу. Там, под порывами ветра, стояла закутанная в плащ черная фигура. "Интересно, когда это так быстро стемнело?" – пронеслась в голове посторонняя мысль.

Полыхнула молния, и чернокнижник разглядел искаженное яростью нечеловеческое лицо; рот, открытый в беззвучном крике. По спине побежали противные мурашки. Монстр кинулся на дверь, но его тут же отбросило на пару шагов. Видимо, амулет не только удерживал тучу Ужаса внутри маяка, но и не впускал тварь снаружи. И от той, второй твари тоже доносился очень знакомый “запах” – смрад, идентичный аномалии. Да, два создания были явно связаны, но этот, по крайней мере, до них с мэтром Флаем не доберется…

Михаэль облегченно выдохнул, отвернулся от окошечка и пошел навстречу ползущей по лестнице зловонной субстанции.

Томас, внимательно следивший за чернокнижником, не видел ничего потустороннего, но всей кожей ощущал стремительно нарастающее чувство страха. Казалось, еще немного, и от ужаса просто станет нечем дышать. И это был не обычный страх, связанный с грозой и землетрясением, а явно что-то другое. Какое-то более глубинное и древнее чувство.