Лучшие из лучших

– Выясни, где старый ублюдок похоронен. Что с его вещами, приходили ли родственники. Действуй тихо, о расследовании знает только главный врач и несколько приближенных. И не вздумай никуда без меня лезть, усек?

– Я вообще парень понятливый. – Смиренно потупил очи долу мистик. – А ты не можешь призвать Фелпса, как и Элеонор?

– Нет. Во-первых, приманивая ее, я исходила из того, что виктим и сам не прочь пообщаться. С такими проще. К тому же, мне уже было знакомо эхо присутствия объекта. Во-вторых, и токсин, и атоксин вредны для здоровья.

Мне еще час минимум отходить.

– Может, имеет смысл подмогу вызвать? – Осторожно полюбопытствовал ковенант.

– Базару ноль. Но вот прибудет ли она – вопрос. Народу не хватает, каждый человек на счету.

– Кризис кадров?

– Смертность высокая. – Эвелин поднялась. – Я поехала. Запиши номер и звони, если что произойдет.

Добыть необходимые жнецу сведения оказалось не так просто, как на то рассчитывал Ашер. Беспокоить врачей парень не стал, логично рассудив, что в лучшем случае его пошлют куда подальше.

Пришлось импровизировать.

Первым делом Джек решил проникнуть в патологоанатомическое отделение, дабы узнать, что произошло с телом Фелпса. Наступил миг, которого так страшился молодой мистик: он должен был использовать свои силы. Две недели без практики и ослабленный ранением и комой организм мог подвести в самый неподходящий момент, потому ковенант, скинув пелену, действовал осторожно, предельно внимательно и сосредоточенно, ровно исполняющий трюк канатоходец без страховки.

Реальность нехотя, но поддалась его воле, сделав Ашера невидимым для чужих глаз. Убедившись, что мастерство никуда не делось, Джек испытал ни с чем не сравнимое облегчение, чуть в пляс не пустился.

Прозекторская больницы находилась в отдельном корпусе, и являла собой зрелище совершенно удручающее. Самая современная техника и оборудование здесь соседствовали с потрёпанной мебелью и вековым ремонтом. Кондиционеры не работали, и немногочисленный персонал и посетителей душила тошнотворная, кисло-сладкая вонь формальдегида и гниющей плоти.

Несмотря на то, что рабочий день был в самом разгаре, выкрашенные в грязно-зеленый коридоры пустовали. Мистик в одиночестве бродил между бесконечными лабораториями, кабинетами и секционными, лишь пару раз наткнувшись на людей. В приемной уставший врач что-то тихо объяснял безутешным родственникам покойного. В секционной крупный санитар, насвистывая, споро потрошил воскового мертвеца.