Лучшие из лучших

Бледные солнечные лучи лениво скользили по мутным окнам серых многоэтажек и покрытым листьями оцинкованного металла неровным крышам.

С наступлением темноты на смену звонким голосам играющих на улице детишек приходил пьяный гогот и грубые, невнятные оклики и ругательства помятых после тяжелого трудового дня аборигенов. Из открытой форточки тянуло дешевыми сигаретами, смердело тошнотворно самопальной брагой и гниющим мусором.

Ашер был до крайности возбужден. Не мог усидеть на месте и, как заведенный, расхаживал по квартире, рассеянно поправляя и переставляя немногочисленные оставшиеся после долгих сборов вещи.

Парень нервничал перед отъездом. Беспрестанно думая обо всем и сразу, за последние пару часов испытал, верно, весь спектр доступных ему эмоций. Будто на американских горках прокатился.

Каждые пять-десять минут, перед зеркалом, Джек с выражением представлялся самому себе ковенантом первого класса, при этом улыбался, словно последний идиот. Воображал с удовольствием реакцию родителей на переезд, пусть и временный, и первое в карьере повышение любимого сына.

Ашера волновало возвращение домой и загадочное убийство коллег из Плимута, предстоящая встреча с бывшей возлюбленной и злейшим врагом, старыми знакомыми и неприятелями.

Но более всего молодого мистика беспокоила полыхающая внутри негасимым пламенем злость, появлявшаяся, стоило ему подумать о Софии. А еще, Джек переживал из-за Верити. В последний раз подругу он видел, когда навещал ее в больнице.

На телефонные звонки женщина не отвечала, двери не открывала.

Несмотря на то, что отдых перед долгой дорогой был необходим, молодой ковенант сознавал: он так взбудоражен, что предстоящей ночью не уснет. Не помогало ни горячее молоко, ни скучный документальный фильм об искусственном интеллекте.

За полночь, когда Ашер окончательно попрощался с мыслью о здоровом сне и перенесся в мир захватывающих историй о пиратах и авантюристах семнадцатого века, в общем коридоре раздались премерзкие визгливые звуки.

Словно стая гиен захихикала невпопад.

Джек вскинулся: в его дверь ровно целая лошадь врезалась. И еще.

Снова противный смех. С таким старшеклассники отбирают мелочь на обеды у самых непопулярных в школе ребят.

Парень оставил бы произошедшее без внимания, если не знакомый женский голос. Мистик, отложив книгу, нахмурился. Прислушался. Никаких сомнений: Верити. Пьяная и громкая.

Ковенант на мгновение застыл как громом пораженный.