Лучшие из лучших

– Сипло прохрипел Джек.

– Сестра, если вас не затруднит. – Обернулся к женщине человек в белом халате.

Очевидно, врач. Длинноногий, тощий и высокий, униформа на нем висела, как на вешалке.

Ашер поморщился: в носу свербело от навязчивого, специфического запаха лекарственных препаратов. Парень ненавидел больницы.

Медсестра, согласно кивнув, ободряюще улыбнулась мистику и вышла из комнаты.

– Ну, молодой человек, помнишь свое полное имя? – Деловито осведомился доктор.

Почесав крючковатый нос, мужчина спрятал руки в карманах халата.

Ковенант сел в кровати и скривился от резкой боли: по животу словно бритвой полоснули.

– Джексон Эдвин Ашер. – С присвистом просипел пациент. Сглотнув, продолжил: – Мне почти двадцать пять. Служу в Ковене мистиков города Полиса, люблю читать, сериалы и видеоигры. – Мистик отдышался. – А еще – я понятия не имею, как здесь оказался. Не просветите?

– О, я тоже интересную книжку вечерком за чаем пролистнуть люблю. – С энтузиазмом отозвался врач. – Прошлым вечером взялся за русскую классику – брр, как же грустно и беспросветно.

– Мужчина, задрожав, втянул голову в плечи. – Но затягивает.

– Доктор, пожалуйста.

Вернулась медсестра с подносом в руках. Позабыв обо всем на свете, Джек проигнорировал стакан и, схватив высокий прозрачный графин, с жадностью припал к носику сосуда. Глотки отдавались болью в разодранном горле, однако Ашер и не думал останавливаться.

Вдоволь напившись, парень икнул и, отерев воротом пижамы губы, поставил ополовиненный графин на столик у кровати.

– Почему я в больнице?

– А что последнее ты помнишь? – Заведя руки за спину, доктор начал раскачиваться с носков на пятки.

Ковенант помрачнел.

– Ренегат перерезал горло моему другу. Дальше все как в тумане.

Врачи переглянулись.

– Вы о Катарин Аман говорите? – Осторожно уточнила женщина. – Ее ранение куда легче вашего. Она жива и здорова. Нож только кожу поцарапал.

– Что? – Джек вскочил было, но тут же завалился обратно.

Дыхание сбилось. Живот болел, будто под кожу насыпали горсть пылающих углей.

Конечности дрожали, как у алкоголика с похмелья. Ашер спешно завалился на мягкую подушку.

– Вы же серьезно, правда? Катарин жива?

– Вполне себе. – Доктор усмехнулся. – Забегала вчера с толпой телохранителей тебя проведать, передачку оставила.

Мужчина острым подбородком указал на подоконник, заваленный множеством различных сладостей и снеков. Особенно выделялась красиво оформленная упаковка с крупными сухарями с изюмом. Без всяких сомнений, Катарин. Ее стиль.