Сам себе клан

Конечно же, Крестовский осмотрел труп оперативника и задал Ломтеву вполне ожидаемый вопрос. Как?

Конечно же, Ломтев не смог ответить ничего вразумительного. Понятия не имею. Бил, бил и пробил. Вон дырка в бронежилете, вот кулак окровавленный, дальше выводы делайте сами.

Крестовский с Танеевым переглянулись и явно какие-то выводы сделали. И даже вышли в коридор, чтобы поделиться ими друг с другом.

Ломтев терпеливо сидел в кресле, курил трубку и прикидывал, что он может выторговать за этот прокол заговорщиков.

Встречу с дочерью ему обещали после испытания силы, чем бы это испытание не закончилось, и в этом вопросе Ломтев решил не торопиться.

Как бы он ни переживал за Ирину, а переживал он безумно, он пытался мыслить рационально.

Если бы не досадная ошибка проводника, если бы все пошло по первоначальному плану, он должен был оказаться в теле сорокалетнего князя, главы собственного дома, и пусть Ломтев не мог бы обладать его силой, его небольшая частная армия, его деньги и его влияние никуда бы не пропали.

Как управлять таким человеком, как заставить его делать то, что нужно заговорщикам, какие рычаги еще можно использовать?

Нет, процентов на девяносто Ломтев был убежден, что его дочь здесь и с ней все в порядке. Десять процентов он отводил на всякие случайности, вроде той, что произошла с ним самим, но готов был поставить княжеский титул против дырявого крестьянского лаптя, что сознательно вредить Ирине никто не будет.

Пока.

Пока он не показал своей полной бесполезности.

Но торопится все равно не стоит. Сначала надо определить свою истинную ценность для этого тайного общества. Нужно иметь хоть что-то, чтобы начать торг.

Еще Ломтев понимал, что это другой мир и другие правила, и доверять тут никому нельзя, даже призраку, потому что черт его знает, где для старого князя заканчиваются интересные зрелища, до которых он так охоч, и начинается измена империи, и неизвестно, как старикан себя поведет, если Ломтев переступит эту грань. Он четко осознавал, что здесь и сейчас у него есть только два союзника - это его правая рука и трость с двадцатью сантиметрами прочной закаленной стали, приводимых в действие секретным механизмом.

Все остальное было под большим вопросом.

Крестовский с Танеевым вернулись. Тело оперативника уже убрали, но в спальне все еще орудовала следственная бригада СИБ, так что для разговора им пришлось удалиться в кабинет Ломтева.

Там Крестовский сразу же взял быка за рога.