Застрявшие, или что было, когда я умер

Пробегав полдня, мы всерьёз можем задуматься, не смотаться ли в другой конец города. А иногда балуемся квестами с обходом всех злачных районов Пскова независимо от их удалённости друг от друга.

Так что мы с Максом понесли диван в Общагу, не волнуясь о том, что туда топать полчаса. Наш путь вновь пролёг мимо рабицы, хотя его можно было и сократить. Теперь-то мы знаем, что пошли там неспроста, но в тот день я списал это на глупость.

Проходя вдоль ограды, я снова услышал плач.

Услышал — и остановился.

— Ну что там ещё? — Макс опустил свой край дивана на снег.

Света с Ритой бежали впереди, кидаясь снежками (хорошо, что не в прохожих; кстати, на будущее — если зимой в вас зафигачат снежком, когда рядом никого нет, не пугайтесь — это всего лишь мертвец).

— Кажется, я опять слышу... — начал я — и умолк.

При жизни Макс был глуховат (он сам признавался), а обогнавшие нас сёстры вовсю хохочут — что тут услышишь? Да и плач снова стих... А пустырь, простите за каламбур, пустовал.

Макс решит, что я спятил, и будет прав.

— Ничего, — сказал я. — Просто показалось.

Часть первая. Хороший призрак. Глава 2

Расскажу, как я умер, а то потом нам будет не до того. А в нашей истории это важно. В тот день, таща с Максом диван, я не мог и представить важности обстоятельств своей смерти.

Меня сбила машина — по моей же собственной глупости.

Я возвращался со свидания. За семь минут до моей гибели мы с Оксаной сидели на скамейке и целовались. Я был не на высоте: мне всё казалось, что целуюсь я ужасно, а главное, не с тем человеком — хотя по Оксане я сох всю четверть (с тех пор, как её перевели в нашу школу).

Пацаны в моём классе сохли вместе со мной, и когда её выбор пал на меня, мне это жутко польстило. Ну ещё бы: мои друзья хвастались амурными подвигами (хотя часто это был пустой трёп), а в моём «послужном списке» были лишь поцелуи с Катей — дочкой наших соседей. И дальше поцелуев у нас с ней не дошло.

(Ой... тут вы меня поймали — ну или я поймался сам. Всё верно, я умер девственником.

Увы и ах).

Ну а что до Оксаны, то её я счёл девушкой моей мечты. Она ведь как будто с картинки сошла: голубые глаза, чувственный взгляд, чистая светлая кожа, волнистые волосы — лишь чуточку темнее, чем у Дейенерис Таргариен, а грудь и бёдра... нет, я их не измерял, но при таких данных и на корону Мисс Мира не грех позариться. В общем, я резво включился в марафон «завоюй новенькую» — и неожиданно в нём преуспел.

Итак, свидание. С ним всё было стандартно — кафе-кино.