Книга первая. Злобный заморыш

Десятки лет научных исследований и экспериментов не до конца вымели из него корни потомственного аристократа, воспитанного в строжайших условиях одного из древнейших родов эльфов. Закономерное благоговение, которое должны были по своей природе испытывать низшие, он вполне мог заменить вызываемым у большинства разумных страхом, но вот в таких случаях совершенно терялся, от чего сразу начинал злиться. Один из его сыновей и кид, который в последнее время повадился называть себя «пиратским», не испытывали перед ним ни пиетета, ни страха.

Не то чтобы ил Шаадор упивался бы подобными эмоциями, скорее, находил их отсутствие в корне неправильным. А смиряться он не умел.

– Хорион, а как ты вообще себе представлял свою миссию? – поинтересовался ученый, чьи тонкие губы начали расползаться в злой ухмылке, – Ты думал, что я выделю корабль… нет, зачем корабль! Флотилию! …и ты поплывешь… нет, почему сразу поплывешь? Возьмешь её под руководство, как мой сын! А затем торжественно прибудешь в гавань Куатры… которую специально для тебя пророют на восемь с половиной сотен миль от ближайшего побережья?

Кид весело захрюкал, а Хорион тут же начал наливаться краской от гнева и стыда, бросая на беспардонного участника застолья испепеляющие взгляды.

– Учитывая, что за каждого из твоих сыновей Алхимик платит золотом по весу… – наконец, выдавил он, – Ты бы мог мне выделить хотя бы десяток профессиональных солдат!

Хартил закатил глаза, прижимая ладонь к лицу и обещая себе обязательно выделить время на подробный аудит учебных планов собственных детей.

Сам кид… с ним оставалось только мириться. Эльф неоднократно ловил себя на совершенно иррациональном желании убить столько долгожданного Должника – просто потому, что тот вызывал у него глубокое отвращение. Беловолосый красавец с необычными глазами напоминал ему Станислава – голая рациональность, отсутствие хоть каких-то корней, непрошибаемая уверенность в своих силах, пусть даже и будущих, отсутствие принципов… Но, как это было не парадоксально, каждый раз, когда печально знаменитый Механик успокаивался, он понимал, что Магнусу он доверяет едва ли не больше, чем своим вечно запертым в этой лаборатории ассистентам. «Пиратский» кид и старый эльф жили на одной волне голого прагматизма. Просто Криггс был эгоистом, а Механик посвятил жизнь интересам своей нации.

– Пацан, у тебя уже есть кое-что получше, чем флотилия и десяток профессиональных убийц, – тем временем выдал кид, со смаком отхлебывая из бокала.