Эвридика 1916

И пасть, и жабры.

Этот Ряхин уже в солидных летах, но за собой следит. Волосы точно подкрашивает, маникюр блестит так, что даже из моего угла видно. И да, А.П. прав - имеется сходство с худым и пронырливым боровком из той породы, что в Пьемонте бегают за трюфелями.

В довершение щеки нарумянены, как два райских яблочка. Так обычно подкрашивают портреты в провинциальных ателье. Надеюсь, личный вкус месье режиссера не повлияет на художественную часть будущей картины. Тем более, сейчас он как раз тычет пальцем в какой-то рисунок.

- По описанию у Дагона две руки. Но я велел добавить несколько щупалец, и клешни, как у краба.

- В этом случае нужно дополнительное управление на защелкивание. Можно автоматическое, но я бы предложил ручное, для лучшей динамики…

Собеседнику Ряхина на вид не больше двадцати пяти. Коренастый, скулы широковаты, зато брови вразлет. Наверное, казацких кровей. В помещении было жарко, но парень в черных перчатках. На héros amoureux я бы его не ангажировала.

- И сколько человек будут управлять фигурой?

- Не меньше дюжины. Дагон - ключевая фигура истории. Хочется придать ему максимальную подвижность. Кстати, каков предполагается размер макета?

Ряхин потер подбородок, прикидывая.

- Снежный великан у Мельеса порядка десяти метров… Никак не меньше. Плюс хвост. Для гибкости возьмем каучук…

- При таких размерах выйдет очень дорого – возразил юноша. – Предлагаю ватную набивку.

Карандаш забегал по бумаге. Парень рисовал левой рукой, но правая кисть в черной перчатке при этом непроизвольно сжималась.

- Алюминий сейчас исключительно на воинские надобности уходит, поэтому на арматуру пойдет сталь. Выйдет увесисто…

- И пусть. Главное, чтобы пугал до чертиков. И тут вы, господин Шушин, станете наилучшим экспертом. Вас, небось, ничем уже не напугать, а?

- Я такой же человек, как и остальные.

- Но вы были на фронте.

- Да, я воевал. Недолго.

Парень явно не хотел углубляться в эту тему. Но и без того румяные щечки режиссера уже вспыхнули огнем энтузиазма.

- Может, это покажется кощунством, но в какой-то мере я вам завидую, молодой человек. В искусстве чего-то значимого можно добиться, лишь познав любовь и смерть. А война словно бездонный колодец - вдоволь зачерпнешь и того, и другого… Вы переживали бомбежки, теряли товарищей.