Вороны Чернобога

– вырвалось у возмущённого Мити. – У этих – у алконостов!

- Ты!.. – взвилась девушка-ворон.

Пока она, чуть не заикаясь со злости, пыталась найти слова ответить что-то агрессивное парнишке-ворону, Руся хотела было её успокоить, думая про себя: «А ведь Митя-то прав насчёт тебя!» Но не успела ни слова сказать, ни даже шагу ступить: в комнату вошли мужчины.

- Карина, как ты себя чувствуешь? – сразу спросил Данияр, с тревогой взглядывая на воронушку. – Головокружение есть?

- Нет! – буркнула та, глядя исподлобья на всех.

- Руся, пойдём – без тебя никак, - хмуро сказал Александр Михайлович. – Поговорим с Зеркальником. Может, он видел, кто был у почтовых ящиков.

- А что там? – примирительно улыбнувшись Мите в дверях из комнаты и выходя следом за мужчинами в прихожую, спросила Руся.

- Кто-то подложил в мой ящик бумаги Всеволода.

И только сейчас Руся заметила в руках Данияра пачку бумаг. Забыв обо всём, она поспешила за мужчинами: Александр Михайлович заглянул в комнату, кивнул удивлённой (мельком заметила Руся) Карине и тоже пошёл с уходящими.

Руся сначала тоже удивилась: а он-то почему не остался? Но вспомнила: во-первых, сторожить посредницу – мало ли. Во-вторых, он до сих пор с детским восторгом воспринимает появление нечистиков, хотя и старается спрятать свои чувства и уже не один раз видел и Зеркальника, и барабашек… Митя, наверное, обиделся, что ему приходится сидеть с Кариной. Ничего. Как только Зеркальник покажет, кто принёс бумаги, Руся уведёт парнишку-ворона на балкон – и они поболтают с барабашками: те знают множество интереснейших (и абсолютно не нужных взрослым воронам) историй про жителей дома.

Александр Михайлович побежал по лестницам быстрей всех, а Руся вздохнула: жаль, бабулин дом старенький и всего лишь в пять этажей! Был бы лифт – насколько легче было бы и с перемещением воронушки, и с перебежками… А потом она подумала: «Может, не надо было оставлять Митю с Кариной наедине? Переругаются ещё без нас…»

Подъезд ночью привычно для ночных путешественников был не похож на дневной: мало того – пустынный, так ещё и редкозвучный.

Чаще за подъездными окнами проедет машина, чем из чьей-нибудь спящей квартиры донесётся какой-нибудь звук.

Зато какое удовольствие – бежать по лестницам, поглядывая на стены и потолок, где бесшумно топочет следом за людьми целое стадо барабашек!.. Руся лицом чуть не влетела в паука, спускавшегося на длинной нити над лестницей.