"Перстень императора"

А, действительно, похоже на средневековый замок или католический монастырь. Кстати, что означает слово «Приорат»? Что-то французское, кажется…

Я напрягла память. Когда-то ведь читала книгу Хаггарда о двух братьях, один из которых был мальтийским рыцарем. А-а! Вспомнила!

Во время Французской революции у Мальтийского Ордена отняли часть владений. И рыцари обратились за помощью к императору. Он тогда только что вступил на престол. Ну, а дальше император поступил в соответствии со своей благородной и возвышенной натурой.

То есть, по принципу «рыцари своих не бросают». Так в России было создано «Великое Приорство Мальтийского Ордена». А резиденцией его стала Гатчина.

Вот почему дворец – Приоратский, то есть, «монастырский» в переводе с французского. Мальтийский орден – это же рыцарский религиозный орден Римско-католической церкви. Довольная своей эрудицией, я наконец-то добралась до зеленых холмов, окружавших Приоратский Дворец.

Да-а… Кажется, машина времени совершила еще один рывок в прошлое.

Потому, что вокруг были сплошь рыцари, купцы, менестрели, шуты и принцессы.

А на зеленом холмистом лугу стояли отнюдь не туристические палатки, а самые настоящие разноцветные шатры, чьи геральдические цвета должны были указывать на род и рыцарское звание их владельца.

В центре луга два мужика в доспехах уже тузили друг друга, с довольным видом, размахивая алебардами. Господи! Да один из них – наш Шрек! Так вот куда тамплиеры-то ехали! А я все удивлялась – каким ветром их в Гатчину занесло?

С противоположной стороны, у подножия холма звенели гитары и пели скрипки менестрелей.

В мелодии отчетливо слышалось что-то испанское. А судя по перестуку кастаньет, ролевики и восторженные зрители плясали легендарную чакону – народный испанский танец, рисунок которого построен на невысоких прыжках и изящных поклонах. Кстати, среди танцующих, я заметила и Алису с Дэном. Юноша и девушка, танцевали, держась за руки, и не отрывая друг от друга глаз.

Я полюбовалась на счастливых влюбленных, вздохнула с белой завистью и пошла дальше - погружаться в романтический мир фэнтезийного средневековья.

Которого на самом деле никогда не было, но ведь это совершенно неважно. Потому что «правда искусства выше правды жизни».

И, словно иллюстрация к моим словам, на плотно утрамбованной земле, почти у самого входа во дворец начался рыцарский турнир. Закованные в латы воины уже с оглушительным треском скрестили копья. Одно из них, кстати, тут же треснуло и развалилось пополам.