"Перстень императора"

Юноша, ты зачем куст чертополоха прямо в лицо герою кинул? Как он теперь с исцарапанным носом будет девушке в любви признаваться? Что значит – «это моя девушка»? Не будь жадиной – дай поносить!

Режиссера определенно куда-то заносило. Причем, со страшной силой.

- А кто там на первый план лезет? Господин, не щурьте левый глаз! Потому что в этой общей сцене все равно не будет видно вас! Менестрель со скрипкой, не курите! Вы же задымляете весь фон. Стражник с алебардою, не спите! Дрыхнуть на спектакле – моветон! Мне не видно ухо у дракона! Разверните голову анфас! Почему король свалился с трона?! Стоп! Играем снова в пятый раз!

Я хохотала в голос.

Похоже, что проблемы режиссеров и актеров нисколько не изменились за сотни лет.

А Томас явно тащится и получает огромное удовольствие от этого балагана.

- Приклейте рыцарю усы! Он должен выглядеть взрослее! Как - зачем? Усы делают мужчину старше, очки – мудрее, а отсутствие денег – сговорчивей…И, кстати, шлем с ободранным пером найдите поновей. Тристан, мой мальчик, ты готов?!.

. Как нет?! Ах, я бледнею! О, муза, где же ты?! Приди! Утешь и обогрей!

Вместо музы на сцену поднялся огромный детина с тарелкой винограда в руках.

- Кушать подано, – уныло пробубнил он.

Томас снисходительно улыбнулся.

- Дорогой мой, над этой эпичной фразой бьются поколения начинающих актеров. Больше экспрессии, прошу вас, больше чувства! Еще раз, пожалуйста! Ну, не верю! Попробуйте поимпровизировать, что ли… Представьте себе, что у вас радость внезапная случилась, наследство, к примеру, получили… Скажите еще раз! Вот! Так гораздо лучше!

Томас с облегчением выдохнул, заметил меня и весело подмигнул.

Я улыбнулась в ответ. Видно было, что весело не только мне.

- Теперь сцена со смиренным монахом. Где монах? Ах, вот он! А что на нем надето? Ряса? Миленько! Очень миленько! Но ходить в такой рясе в средневековье я бы не рекомендовал. Интересно, кто у нас художник по костюмам? Ах вы, молодой человек! У вас очень хороший вкус! Розовый цвет и белый горошек – то, что нужно для одеяния скромного служителя церкви в тринадцатом веке.

Надеюсь, вы поняли, что я имею в виду. Не надо делать удивленных движений руками! Что значит, другой ткани не было? Сходите в штаб, возьмите там мешок из-под картошки. Будет у нас монах-отшельник в убогом рубище…

Томас метался по сцене, давая указания. И все подчинялись его веселой энергии и стремительному напору. А я открыто любовалась им, совсем, как тогда, во время поединка.

Но вот картина сменилась.