Свободу времени!

С уверенностью могу это утверждать, поскольку во все это погружалась постепенно и плавно, а не вот так вот как ты. Ни ты, ни я, ни вот он, — Фаина кивает в сторону водителя, — ни в каком из смыслов не роботы.

— Блин, Фаина, но как?? И какова будет плата?

— Плата? Мы, мне кажется довольно большую цену уже заплатили. Сколько чистого суммарного времени мы уже заплатили за все эти блуждания по лабиринтам. Авансом. Кто бы не водил бы нас кругами — он изощренный садист.

— А можешь меня вывести в исходную действительность (опять новый термин, которого не было), а сама останься в этой и поговори со мной, как будто я с тобой остался.

— Моргунов в предвкушении чего-то интересного, как ребенок, экспериментирующий с умной игрушкой. — Как это выглядит и звучит из недеформированного времени?

Ничего не произошло, но стрелка секундная разморозилась, и гелентваген не так уже лихо рычит и не так устрашающе мчится. Моргунова смотрит на Моргунова улыбаясь, но Моргунов видит теперь, опираясь на свой иной багаж знания и опыта в вопросе «телепортаций», что улыбка Моргуновой как бы искажена небольшими волнами, словно видна сквозь более теплый поток воздуха, и еще Моргунова издает едва слышное гудение, как буддийский монах при медитации, но гораздо, гораздо тише.

Никогда такого не заметишь, если не в курсе, что происходит.

— Все, возвращай меня обратно! — Моргунов смотрит на часы и на секундную стрелку, которая сделала почти полный круг и продолжает «лететь». Ему становится бесконечно жалко этого утекающего времени.

БЕСКОНЕЧНО (А-а-а-а!!!) жалко эти ШЕСТЬДЕСЯТ ДВЕ СЕКУНДЫ!!! Тут секундная стрелка снова начинает себя вести как минутная.

— Да, да. У всех так, — продолжает улыбаться Моргунова. — Не волнуйся — пройдет.

— Слушай, подобные чувства я испытывал, когда читал книжку «Паразиты Сознания». Не помню, кто автор...

— Колин Уилсон.

— Спасибо. Этот Уилсон так здорово ее написал, что складывается впечатление, что это документальная история. Так вот это ощущение того, что больше не будет как прежде, и ярости за то, что тебя использовали столько времени — почти до слез ярость.

— Ну да. И как правило, паразиты — значительно менее организованные и сложные существа, чем носители, а от того еще более обидно и более яростно.

Глава 22

Моргунов больше не хочет в нормальное течение времени. Он успел отметить, что они уже почти подъехали к дому-укрытию, значит, осталась всего пара минут, если не меньше. Но ему все еще интересны внешние детали происходящего с ним.