Свободу времени!

Руки опускает на колени и начинает теребить платье. Лицо ее залито слезами.

— Я никогда никого не убивала, — кое-как тихо выдавливает она из себя.

«Я должна находиться в эпицентре событий» — вспоминает Моргунов слова Фаины. Библиотека — вот эпицентр всех событий. Арина послала Фаину Моргунову к ним в укрытие и дальше ею управляла...

— Я не знаю даже как ее зовут! Я никогда никого не убивала! — Арина снова принимается рыдать. — Я больше никогда ничего сделать не смогу.

Моргунов достает сигарету, прикуривает ее и протягивает фильтром к губам девушки.

Та берет губами фильтр прямо из рук Моргунова и затягивается, затем еще раз. Затем берет сигарету из рук Моргунова влажными от слез пальцами.

— Соберись, боец! — говорит Моргунов спокойно. — Ты ее не убивала, ее убил тот долбанутый на всю голову сержант.

Тот долбанутый... Тот долбанутый, заварил ты, блин, кашу, думает Моргунов.

— Я никогда никого не обрекала на смерть.

Моргунов и убивал, и обрекал и ему нечего сказать, но он знает, что такое шок первого убийства, когда ломается естество человека, словно отмирает еще одна мерность сознания, возвращая тебя к твоему животному неразумному началу.

— Игры кончились, детки! — Моргунов, хлопнув себя ладонями по коленям, встает, кивает головой в сторону камеры наблюдения, которая висит в углу комнаты вместо иконы и, несмотря на не покрытую голову, прикладывает ладонь ко лбу, отдавая воинское приветствие.

Пусть знают, черти, что имеют дело с настоящим советским офицером. Он сгребает библиотекаршу в охапку и, обнимая ее за плечи, спешно удаляется из библиотеки. Больше здесь львы не водятся. Львы вырвались на свободу.

Гелентваген тарахтит на холостых оборотах, в ожидании, у дверей. Моргунов доводит Арину до машины, открывает дверь и помогает забраться. Она в почти бесчувственном состоянии. Моргунов садится за руль. Пистолет впивается в спину. Он достает его из-за ремня и бросает обратно в бардачок.

— Ну черти! В людей невинных стрелять! — Моргунов в Праведном Гневе, а мужик русский в Праведном Гневе или наделает глупостей, или изменит мир навсегда.

Глава 27

Моргунов думает, а Тот не вмешивается, хотя может теперь Моргуновские мысли читать. Моргунов об этом догадывается. Моргунову нужна стратегия. У него есть несколько хороших инструментов и простых, и сложных, и очень сложных.