Свободу времени!

— Он же себя вел, словно в секту попал, — говорит Моргунов, скорее себе, чем Арине, садясь обратно за руль, и выруливая на дорогу.

— Ага! В секту библиотекарей! — смеется, слегка не к месту Моргунов же, вжимая газ посильней.

Глава 29

Ощущение, что он в лабиринте, появилось у Моргунова ближе к утру. Еще до разговора, в ходе которого неожиданно выяснилось, что у него есть в наличии некоторый ресурс для ведения борьбы, у Моргунова было намерение достичь, так называемого, Большого Бетонного кольца и двигаться по нему безостановочно, и оснований это намерение корректировать не возникало.

Однако, не проехав и половины пути, он был настигнут непреодолимым желанием свернуть сперва на Малое Бетонное кольцо, а затем, ровно через сто пятьдесят километров движения по часовой стрелке, и того хуже, свернуть в сторону Москвы, в которой с таким грузом в багажнике огрести проблем не составляло труда.

— Ты поступаешь безалаберно, — сказал Моргунов и даже подумал, что вмешалась Арина, но девушка мирно спала и была не причастна.

— Безалаберно — Без а-лаберно — Без-труда не вытащишь рыбку из пруда. То, что русскому без а-лаберно, то немцу а-лаберно, — проговорил Моргунов и свернул в сторону Москвы.

К счастью, Москвы они коснулись только вскользь.

Они сделали почти полный оборот по МКАДу, на каждом посту заставляя «козлов запрыгивать на свиней» — это, как ни странно, у Моргунова получалось очень хорошо (ты подаешь надежды, Моргунов, сказал он себе после десятой удачной попытки) и через ровно сто двадцать километров движения по орбите Москвы против часовой стрелки, выскочили из поля ее притяжения и стали, наконец, удаляться.

— Спутник попал в притяжение большой планеты, спутник сделал круг, спутник вырвался из зоны притяжения, — заключил для себя Моргунов.

— Ровно сто двадцать километров? — поинтересовался Моргунов.

— С учетом отрезка сближения с Москвой, километр в километр.

— Чудеса!

К этому моменту начало светать. Должно быть эффектно смотрелось, как они почти строго на запад удалялись от Москвы, а над ней, словно нимб, подымалось солнце, освещая их путь.

— Если крикнет рать святая:

«Кинь ты Русь живи в раю!»

Я скажу: «Не надо рая,

Дайте родину мою».

— Может, скинем все, и вот так до польской границы?

— И что дальше?

— Соберемся с силами, что-нибудь придумаем.

— Ты шутишь?

— Конечно! — улыбнулся Моргунов.

Солнце встало достаточно высоко, когда они добрались до Бородино.