Нактссаргс - ночной сторож

— Это был твой луч пальца, — отозвался Егор. — Вот пронзил так пронзил!

— Я не хотел...

— Да ты молодец! — похвалила Лимончик. — Мы оказались в Академии. Смотрите, — она подошла к большому окну и выглянула. — Ух ты, как высоко! И весь город как на ладони!

Кирпичные стены Академии круто уходили вниз, во все стороны вокруг расстилалась Рига, невдалеке блестела Даугава, перетянутая мостами, а за нею — Замок Света, новая Национальная библиотека.

— С ума сойти, — бормотал Илья. — Всего лишь указал на карту — и такое перемещение.

..

— А ведь мы на самом верху, — констатировал Егор. — В башне. Интересно, который это этаж. Наверное, двадцатый или даже выше.

— Куда нам теперь? — спросил Илья.

Кими, которая до этого часто дышала после стресса, вдруг выпрямилась и поставила уши торчком, нацелив морду в угол, где стоял ретро-шкаф со стеклами и открытыми полками.

— Что ты, Кимуся? —Яна проследила за ее взглядом. — Ой, смотрите, это же тот самый кот!

Она едва успела кинуться к собаке и в последний момент схватить ее за ошейник.

Кими рванула так сильно, что Яна плашмя упала на пол. Показалось, что с верхней полки шкафа метнулся пятнистый флаг. Собака скулила и скребла когтями по скользкому полу, Илья бросился на помощь сестре, и они вдвоем с трудом удерживали серого питомца. Меж тем котище размером с небольшую лайку забился в угол и громко шипел, выгнув дугою спину и подняв, как торнадо, пушистый хвост.

— Походу, ему некуда бежать, — сказал Вадим, потихоньку подбираясь к коту. — Киса-киса-киса, не бойся нас.

Но киса скакнула от него в сторону и зашипела еще страшнее.

— А, это вот кто тут хулиганит, — вдруг раздался женский голос.

Из лифта появилась Мара. На этот раз она была не похожа на себя — вместо простого серого платья и пушистых волос — черная взбитая в кружево юбка, прозрачный черный топ с длинными рукавами-сеточкой, обтягивающие тонкие митенки, черный маникюр, пояс из серебристого металла, гладкая прическа и серебряная корона, украшенная пепельного цвета розами.

Она обвела глаза темными тенями, и кожа ее была белой, как снег. Увидев вошедшую, котяра рванул к ней, пробуксовывая на скользком полу, просвистел мимо Кими и детей и взлетел Маре на плечи, растекшись по ним, точно горжетка и гневно подвывая. Мара охнула от боли и стала отдирать от себя его когти.

— Пусти меня, Шрёдингер! Порвешь мне костюм!

Кот выл и не желал покидать убежище, а Кими продолжала скулить, с вожделением глядя на пушистого красавчика.