Отверженный

Тут же из машины вышел водитель, двухметровый здоровяк в чёрном костюме, обошёл её и обратился ко мне:

— Роман Андреев?

— Допустим, — ответил я, отрицать было глупо, вопрос был явно риторическим.

— Будьте добры, сядьте в машину, — сказал водитель. — Это ненадолго.

«Мы тебя быстро убьём», — мысленно закончил я фразу здоровяка.

Садиться в незнакомую машину у меня не было никакого желания, я быстро огляделся, не подходит ли ко мне кто-нибудь, чтобы силком меня в неё запихать. Никого не заметил, зато открылось переднее окно со стороны пассажира, и оттуда высунулась голова Арины.

— Роман, не волнуйся, — сказала девушка. — Мой папа просто хочет задать тебе несколько вопросов. Тебе ничего не угрожает.

Возможно, она была и права — никакой агрессии и каких-либо ещё негативных эмоций я от сидящих в машине не ощутил. Но всё равно было немного страшно. А вдруг Арина решила в рассказе отцу выставить насильником меня? Мало ли что у неё на уме. Впрочем, если она не дура, а на дуру она похожа никак не была, то я нужен её семье не как козёл отпущения, а как ценный свидетель.

Ведь, скорее всего, Арину подставили под двух отморозков не просто как красивую девчонку, а как наследницу рода Зотовых.

Я это всё понимал, но тем не менее было страшновато. Но с другой стороны, назвался груздём — полезай в кузов, спас дочь влиятельного аристократа — садись в машину. Убегать глупо, всё равно найдут и поймают, но прослывёшь трусом. Тем временем здоровяк в костюме открыл заднюю дверь.

Я набрался смелости и сел в машину.

В салоне находились Арина и её отец. Князь Зотов, седовласый мужчина примерно пятидесяти лет, средней комплекции и спортивного телосложения сидел сзади, Арина впереди. Едва я устроился на сидении и закрыл изнутри дверь, князь протянул мне руку и произнёс:

— Зотов Фёдор Сергеевич, отец Арины.

Я пожал протянутую ладонь и сказал:

— Роман Андреев.

— От себя лично и от всей нашей семьи, я выражаю тебе, Роман, искреннюю благодарность за спасение Арины.

Мы будем разбираться, что там произошло, но что бы это ни было, мы понимаем: не окажись ты рядом, последствия были бы для моей дочери самыми печальными.

— Я рад, что смог помочь, — ответил я.

— Ты защитил не только Арину, ты защитил честь нашего рода, я теперь твой должник, — сказал князь. — И это не пустые слова. Если когда-либо я чем-либо смогу отблагодарить тебя, сделаю это с радостью.

— Благодарю Вас, князь, Ваши слова большая честь для меня.