Мрачные сны Атросити

***

Энигма нырнула: все звуки в одно мгновение стали глухими, далекими. Они с трудом пробирались сквозь гул воды, залившей уши. Все вокруг было мутным, зеленоватым, но все же Энигма разглядела расплывчатые опоры пристани и двинулась к ним. Она боялась, что станут стрелять, и этот страх заставлял грести ее все сильней. В голове помутнело, как в океане, Энигме хотелось вдохнуть. Она дотерпела до причала, выплыла на мгновение, почуяв его тень, и после судорожного вздоха собралась нырнуть обратно. Не тут-то было. Резко и грубо схватили ее чьи-то руки и выволокли на берег.

Псы Кодекса всегда появлялись невовремя и непонятно откуда. Какая все-таки глупая, нелепая ситуация. Очевидно же, что их в порту могла ждать засада. Но Энигма до последнего думала, что Том в курсе обо всем, происходящем на работе. Как-никак, его уважали за то, что он, инвалид, продолжает нести службу наравне со здоровыми людьми. По крайней мере, он сам так рассказывал. Впрочем, моряков могли и не уведомить о том, что в день отправки продовольственного судна будет проведена проверка.

Энигма незаметно посмотрела в сторону Тома: он стоял рядом с коллегами, вид у него был растерянный и напуганный. Вряд ли он нарочно устроил подставу. Иначе их с Марком схватили бы сразу, как только они явились на пристань.

– Зачем столько мороки? – она с усмешкой глянула на полицейских, заковавших ее в наручники.

– Молчать!

Один из них зачем-то держал ее под руку, будто она могла сбежать. Другой в это время переговаривался по рации, вмонтированной в шлем.

Энигме казалось, что она даже издали слышит треск и шипение радиоволн, хотя слов докладчика разобрать не могла. Ей было до жути неприятно, по волосам стекали холодные соленые ручьи, сырая одежда прилипла к телу. Все это усугубляло чувство полного краха. Но она должна была попытаться. Она до последнего не верила, что ребенка больше нет. Возможно, Марк успел спрятаться и сможет найти Иву. Возможно, еще не все потеряно.

Наступило затишье. Прежде чем оно сменилось шумом моторов, Энигме показалось, что прошла целая вечность.

На серую бетонную поверхность порта плавно опустились три воздушных байка. С машин сошли три робота и двинулись в сторону конвоя. Энигма напряглась сильнее прежнего. Один из прибывших был в командирской броне, более темной и с отличительными знаками. Вскоре он единственный, как настоящий джентльмен, снял перед ней шлем.

– Неужели ты решил показать себя миру? – съязвила Энигма, пытаясь скрыть волнение и страх.