Сказъ про царевича Симеона и наследие предков

– Это уже хорошо. Ну а теперь можно поговорить и о ваших планах. Что же вы собираетесь делать в ближайшее время?

– Ехать к Яге, тем более, что к ней вообще надо заехать, уже по родственному, и готовить встречу с этой Стражей.

– Позвольте возразить! Сначала сформулируйте, что вы хотите от встречи с Ягой и от встречи со Стражами? И с кем конкретно из Стражи вы собираетесь встречаться?

– Ну... Яга знает многое из того...

– Вот и запишем те вопросы, которые вы желаете прояснить, ведь, что не записано, то потеряно.

С этими словами дядька вручил царевичу тонкую школьную тетрадку и ручку.

Через два часа, семь сошедших с Семёна потов и три исписанные от корки до корки тетради, был составлен список из десятка вопросов, которые необходимо задать Яге в первую очередь и ещё трёх десятков, задавать которые или не задавать следовало решить по результатам ответов на первые десять.

– Ну вот теперь вы можете ехать к своей родственнице с визитом вежливости, – удовлетворённо пробасил Юсуфов, – только постарайтесь выучить эту схему опроса наизусть, чтобы не лазить в тетрадку по ходу разговора.

А планировать контакт со Стражей надо будет уже после того, как вы проанализируете полученные ответы. Когда собираетесь навестить родственницу?

– Лучше не тянуть.

– Вот и отлично! Значит, на завтра планируем вам задание по доставке Яге кое-каких документов. Можете приступать к работе.

Напоследок Семён не забыл пригласить дядьку на общие посиделки с пирогами в честь своего выхода на службу (и женитьбы, заодно). Юсуфов радостно согласился: общего предвзятого отношения к Яге и её внучке он не разделял, а вот кулинарное искусство ведьм оценить успел.

А в общей рабочей комнате офиса их уже ждали: и чай-то заварен, и столы-то сдвинуты. Аппетитный аромат, что просачивался из сумки новоиспечённого лейтенанта, поборол все предрассудки....

***

...Тот, кого мы уже видели и в Рио, и в Королевской библиотеке, известный нам под прозвищем "Первый", сегодня напряжённо работал в своей лондонской квартире. Он склонился над большим столом, на котором были разложены откровенно жёлтые газетёнки и журналы, посвящённые всяческим эзотериям и уфологиям, очень внимательно изучал лежащие перед ним статьи и делал многочисленные пометки, как в самих газетках (удивительно, но ни чем иным, как купленным в ближайшем магазине простым карандашом), так и в висящем рядом с ним в воздухе прозрачном подобии экрана планшетника.

Причём делал он это со всем тщанием, обращая внимание на запятые и опечатки.