Трудоголик

Ну куда я лезу? Почему обязательно нужно переться куда-то работать?

— Соглашусь, — кивнул Халиб и, вкусно причмокнув, отхлебнул чаю. — Вообще, нам инициативность только на руку. Кстати, если не секрет, чем... в прошлой жизни занимался? Кто, получается?..

— Системная аналитика, — признался я. — Старший аналитик в ИТ-компании, в одном из продуктов, ну, занимался постановкой задач, переводил с языка клиента на язык разработчика, вот это вот всё.

На миг в глазах Халиба отразилась смесь недоумения и растерянности, но после он кивнул.

— Слышал о таких профессиях. Переводчик, управленец. И немного инженер. Что-то среднее. Да. О таких, как ты, данные, сам понимаешь, скудные, скорее, из разряда легенд. Даже не уверен, что мои родители знали — они, хоть и одни из шестидесяти, но всегда были отщепенцами. На периферии активной жизни. Я от Энтона узнал больше на тему Спящих Первых, чем от них! А опыт руководящей работы... имеется?

— Есть, конечно. Ну, я же писал технические задания для разработчиков.

И стажёрами руководил.

— А образование?

— Сначала колледж местный, с отличием, а потом по сокращёнке Санкт-Петербургский Технологический Университет.

— Слышал о таком учреждении! Один мой хороший друг с Гмон-Яна, тоже второго поколения, занимался там в конце двадцать первого века разработкой ковчегов-сферолётов. И как закончили, успешно?

Кивнул, умолчав, что закончил только бакалавриат. На миг даже захотелось задать встречный вопрос, узнать, что стало в итоге с родным альма-матер.

Но я не стал, поёжился — последние вопросы неприятно напомнили собеседование у какого-то безумного ИП-шника.

— Берём, — расплылся в улыбке Халиб, развеяв мои сомнения. — А стажироваться будешь у Тизири, дочки моей. Всё равно она о тебе уже знает. Отправлю тебя... в Теньгород, Тимьяния. Там была война, сейчас страна под оккупацией, много нерешённых проблем. И да, я понимаю, что, возможно, тебе стоило бы дать задачу во Дворце, и попроще.

Например, поддержку защитных Алгоритмов, и что-то ещё, но, мне кажется, можно обойтись и без этих формальных проверок на вшивость.

Отчасти я обрадовался — это, с одной стороны, подтвердило мою профпригодность, с другой — что я состою здесь на особом положении. Также я вспомнил, что этот город упоминал Энтон, когда говорил о сломанной лютне Рюрика. Но следом стало немного не по себе. Как-то слишком кстати пришлось это замечание.