Трудоголик

— А с теми-то что делать?

— Ты что, как первый раз на полевых заданиях? Пара-тройка увидевших — не страшно, главное, чтобы не массово. Как ты, идиот, сделал полчаса назад. Случайные контакты отсеиваются и обрабатываются фильтрующими Алгоритмами ежесуточно. Тебя перенести, может? Только место получше найди.

— Хорошо, сейчас подумаю.

Я завершил звонок, и мой взгляд упёрся в двухэтажное здание, сильно выделявшееся из ландшафта — каменное, с красивыми колоннами. Оно стояло на большом перекрёстке, не дать — не взять типичный Дом Культуры в районном центре.

Подойдя поближе, я подтвердил догадку — это был самый настоящий театр с афишами и плакатами на трёх языках — гмоннийском, непонятном иероглифическом и рутенийском, буквы у которого почти не отличались от моего родного.

Но больше всего моё внимание привлекла одна из старых афиш — наполовину содранная, с большим портретом скра. Скра был весьма почтенных лет, в очках, и держал два музыкальных инструмента — лютню и барабан. Подпись на рутенийском гласила:

«Р-рьк из племени Бардов.

Личность-оркестр с другого континента. Музыка Кремния»

— Стоп. Это Рюрик? Он выступал здесь?

— Да, это Р-рк, мой троюродный брат! — сказала Джен. — Он часто здесь выступать. Много путешествовать. Очень известный скра, его двуногие уважать. Ты знать его? Его многие двуногие уважать и знать.

Я оживился.

— Да-да! Я виделся с ним, очень уважаемый джентльмен. Он вернётся?

— Он отправился с другом на север. Давно, дней двадцать назад. У него есть здесь дом, во-он там, — она вытянула сразу две руки и показала куда-то в соседний квартал.

Когда вернуться — не говорить.

— Пожалуй, я наведаюсь к тебе, когда он появится, хорошо? Очень хочу с ним повидаться.

— Заходи! Моя жить на углу Роркха и Варлока. А вот и твой трамвай.

Мы дошли до небольшого пустыря. По одинокой одноколейной ветке подъезжал к кольцу состав — три вагона, напоминавшие примитивные платформы под тентом, и один — с завитушками, красивый, бронированный.

— До свидания, барин, — кивнула Джен и удалилась.

На платформе стоял одинокий джакса в шляпе, коротко поклонившийся мне, а также троица гмонни — видимо, родители с подростком, я заметил, что они разных рас — высокая, смуглая мамаша и неказистый, серокожий батя. Все трое также поклонились — очень по-японски, учтиво и вежливо. Видимо, порода и статус моего «коня» повышали и мой. Вагоновожатый — бородатый, абсолютно со славянской мордой мужик — тут же выскочил из вагона.