Трудоголик

Неужели здесь он даётся всем по умолчанию?

— Предлагаю отложить его рассмотрение, — сказал представитель Шабука, бородатый Ивар. — Мы совместно с Княжеством Гамунц и Свободным Краем Цамунц выдвигаем новое предложение. Создать совместный отряд миротворческой миссии Полушария, в котором в равной степени будут представлены вооружённые силы всех государств, не принимавших участия в разгроме Тимьянии. Также проект предполагает отмену комендантского часа в течение двух-трех недель.

— Мы ознакомились, — кивнул мулат-гмонни с откровенно-японским именем Кодзи.

— Проект спорный, но заслуживает внимательного изучения.

Переводчик — настоящий, потому что для простых разумных, разумеется, никакой Алгоритм перевода не работал — долго переводил, а Унша кивал, соглашался, затем сказал.

— Хорошо. Предоставьте нам копии вашего проекта, и мы ознакомимся с ними и предоставим свои предложения.

С этими словами он взял какие-то листы со своего стола и бросил вниз, на пол. Примерно в это время я понял, что происходит что-то неправильное, повернулся к коллегам… и увидел, как они готовы наброситься друг на друга.

— Что за бред происходит, мои дорогие дядя и тетя? — Жозефина отошла от столика на шаг и посмотрела на меня. — Или это ты?

Голос прозвучал в голове, непривычно глухо, словно в наушнике. Я почувствовал, как в ушах начинало шуметь, мысли стали течь медленнее, неспешно, как будто кто-то старательно пытался пролезть в мои мысли. Секундами спустя все закончилось, стало заметно тише, и я сообразил, что Тизири с Жозефиной прямо перекрикиваются у меня в ушах.

— …Он стажёр, у него мана-тонн всего…

— Я говорю, Гамунц — ваша страна, это ваш план!

— Прекрати! Это не один из нас. Мы вообще не собирались впутывать в конфликт другие державы.

— Подтверждаю! — поддакнул Полидеусес. — Кто-то залез комендантам в мозг, где ваши хвалёные барьеры?

Жозефина нахмурилась.

— Здание точно под барьером. Значит…

— Значит, что кто-то внутри, — озвучила Тизири.

— Исключено, мы проверяли всех…

Жозефина со Светозаром растерянно посмотрели на толпу.

Я тоже взглянул, и взгляд застыл в дальнем конце зала. Там стояла девушка — джакса, с монголоидным лицом, худая, с репортёрским блокнотом, в котором что-то активно писала.

Или не писала? Больно подозрительны мне показались её резкие движения рукой над блокнотом. Не раздумывая, я пошёл вдоль стены в её сторону.

— Куда! — почти крикнула Тизири мне в ухо, но я не послушал.

— Включаю бастион, — слышалось тем временем в “наушнике”.