Он вам не демон

Ну ладно! Вещи я, конечно, соберу, только вот зачем? И какая машина?

— Какая машина то?

— Не знаю, какой-то большой микроавтобус.

Ничего не понял! Но кормить тролля не буду. Лучше и правда соберу вещи.

Вещей я насобирал пять мешков. Причём почти три из них — книги и старые журналы, что мне удалось унести из дедовой библиотеки. Выставив мешки в маленькую прихожую, к остальным, я отправился на кухню. Кухня тоже пережила зачистку. Но выборочную. Например, моя любимая эмалированная миска пропала, а электрическая плитка и стопка старых исколотых тарелок остались на столе.

— Да мне не сложно! Что же вы будете таскать мешки? — доносится из коридора низкий мужской голос. Кажется, впервые за всё время, что мы тут живём, мама привела домой мужика. Нужно срочно с этим разобраться!

Сжав кулаки, выхожу в прихожую. Там некто в оранжевом комбинезоне пытается зацепить сразу четыре мешка. Увидев меня, он смущается и выходит наружу с тем, что успевает схватить.

— Я подожду в машине, там нужно ещё... ну это! — говорит он матери, с которой, из-за своих габаритов, с трудом расходится на лестничной площадке.

Мама проходит мимо меня на кухню, а я беру два самых тяжёлых мешка с книгами и аккуратно, чтобы не порвать, несу на улицу.

Возле двери стоит новенький белый Форд Транзит с логотипом «РЖД» и надписью «Лаборатория». Через открытую дверь виден салон, задняя часть которого грузовая, только с откидными столиками вдоль бортов, а спереди находится ряд сидений. Пять чёрных мешков уже стоят в грузовой части, и я дополняю их ряд своими двумя.

Погрузка моими силами заняла минут десять, после чего мама заперла на замок дверь квартиры, которая служила нашим пристанищем последние десять лет, а выйдя на улицу небрежно кинула ключ в кусты.

А ведь с ней всё не настолько плохо, как я боялся! Она прекрасно выглядит, шутит, вполне самостоятельная, переезд вот сама затеяла… Как по мне, это гораздо лучше, чем ходить на вокзал побитой собакой. С «Господином» правда пока не всё ясно. Оно вроде бы и шутка, но одновременно чувствуется, что за этим что-то кроется.

Надо разбираться. А ещё то, что было утром… М-да. Но ведь могут же быть у такого её поведения какие-то серьёзные причины? Ведь могут, да? Бли-ин! Как же неловко…

Что-то такое я начал подозревать, когда Форд, в котором мы сидели, въехал в знакомую арку дома, где живёт Клара. Когда автобус встал, почти упёршись бампером в мусорку, возле которой я наблюдал Прадо Чернова в эти выходные, подозрения окрепли.