Проклятие огня

Всего лишь одно желание. Но не так-то просто загадать его так, чтобы оно было абсолютно искренним. Джинн все хитро продумал.

Максим переставлял ноги в неизвестном направлении и отчаянно искал, чего же хочет на самом деле. Закончить свой музыкальный проект? Разве он этого действительно хочет? В этом вся его жизнь, весь смысл. В самом процессе. Если его завершит вместо него кто-то другой, вся жизнь закончится.

А как же слава? Стать легендой, умереть молодым, как и его кумиры? Откуда-то из недр подсознания все громче доносились мысли о том, что все это просто подростковый бред.

Максим уже раз научился не обращать на них внимания, и теперь он делал это почти виртуозно. Все было так просто и понятно, до тех пор как в его жизни появился Джинн: он с пятнадцати лет жил одной большой и очень логичной мечтой. Пусть даже она с тех пор почти никак не эволюционировала.

А не застрял ли он в том возрасте психологически и интеллектуально? Может, его идея застыла во времени и теперь гниет, подобно стоячей воде, превращающейся в болото?

– Ты посмотри, как мальчишки стараются, – раздался голос Джинна откуда-то спереди.

Макс, все это время шедший, потупившись, поднял глаза. Джинн стоял рядом с деревом, за которым заканчивался лес, и начиналась небольшая ухоженная полянка. На дальнем ее конце располагалась сцена, вокруг которой столпились немногочисленные зрители. На сцене играла молодежная рок-группа. Максим высокомерно поморщился, услышав, как примитивно и неровно они играют песни знаменитых музыкантов. Эта группа узко мыслящих бездарей могла попасть на сцену, только если это мероприятие – день рождения кого-то из их знакомых или очень, ну очень дешевая студенческая свадьба.

– Ты что-то в таком духе сочиняешь, да? – с тенью сарказма спросил Джинн. Макс бросил на него изумленный, яростный взгляд.

– То, что я сочиняю, не поддается никаким сравнениям. Я даже с трудом могу назвать жанр, в котором работаю. Это нечто сверхновое! Это должно перевернуть вверх ногами представление о музыке у всего мира.

– Понял я, понял.

Ты не заводись.

– А эта школота играет убого, дико бесит. Не смей меня с ней сравнивать.

И тут из толпы стали раздаваться тревожные возгласы. Максим пригляделся: зрители разбегались в разные стороны подальше от сцены. Он поискал признаки вмешательства Джинна. Никакого пожара не было, ничего, что связано с огнем. Гитаристы на сцене бились в судорогах, как будто в их электрические инструменты попала молния, хотя погода была ясная, и быть такого не могло.